|
Если бы анторсы решились открыть огонь из главного калибра, когда корабль-носитель находился возле звезды, то да. Шанс у них был. Но они не рискнули подойти на расстояние выстрела, а заняли орбиту вокруг спутника. А сейчас, когда они стоят практически борт к борту друг к другу преимущества главного калибра каждой из сторон нивелированы. Адмиралу закралась крамольная мысль отдать приказ орбитальной группировке начать атаку беззащитных транспортных ботов, что снуют с планеты к кораблю-матке и посмотреть реакцию противника, но он от неё отказался. Мало ли что придёт в голову сумасшедшим истинно живым. Вдруг возьмут и пальнут с такого расстояния своим главным калибром, а на таком расстоянии промахнуться будет очень и очень сложно. Главное, что победителя в этой схватке не будет. В любом случае оба корабля получат критичные повреждения, что вынудит… и адмирал откинул идею провокации атаки.
— Ладно, подождём. — Адмирал, первая и вторая волна десанта без противодействия достигла цели. — Хорошо. Когда выйдет последняя волна… Но адмирал не договорил. На одном из мониторов, что транслировал расположение орбитальной группировки ярко мигнула точка. — Что произошло, доклад⁈ — Атакован флагман орбитальной группировки «Шаустан»! Критичные повреждения. До детонации главного реактора двести сорок секунд. — Кто? Связь с командующим группировкой! — Огневой контакт с противником не фиксировался. — Кораблей противника поблизости не фиксировалось. — Корабль-матка противника огонь не открывал. Посыпались доклады помощников, а адмирал недоумённо смотрел на монитор, где ползли скупые строчки отчёта…
Глава 22
По моим ощущениям спасательная капсула спускалась слишком быстро. Резко появившееся сила тяжести, а соответственно и перегрузка вдавливала в кресло с такой силой, что и для меня ощущения оказались не из приятных. Сознание я не терял, но несколько неприятных десятков секунд чрезмерной нагрузки на всё тело пришлось пережить. — Эй, Поскан, что творишь⁈ Убить нас захотел⁈ — прокричал, когда смог говорить. — Это не я! Автоматика рассчитала такой вход в верхние слои атмосферы. Входили, как понял, практически под прямым углом, видимо другого варианта не было, — оправдываясь, не сразу отозвался пленный. Он, как мне показалось, достаточно уверенно переносил перегрузки, что для меня показалось странным. Непроизвольно провёл параллели с анторсами и вывод оказался не в пользу последних. — Ты коханец? — Да, а к чему этот вопрос? — Давно в открытом космосе? — не знаю почему, но меня пробило на разговоры. Взглядом, кого смог увидеть, я осмотрел. Вроде все в норме, ну, кроме анторсов конечно, но вставать из кресел сейчас не время — мы спускаемся, хотя и с меньшим ускорением, чем в первые секунды входа в верхние слои атмосферы. — Нет, лет восемь по стандартному времени. — Это сколько? — впервые услышал ответ, содержащий понятие универсальности, то есть приведённое к единому знаменателю. Это как на планете Земля основное время по Гринвичу, а если быть точным — усреднённое солнечное и от него, чтобы не было путаницы, когда местное солнечное время отличается всего-то на несколько десятков минут, идёт отсчёт времени в других регионах, разделённых на пояса. — В смысле, сколько? — В прямом. Я не знаю. — Так ты не анторс? — Нет, — ответил коротко, не говоря, что я уроженец Земли или тем более Горгогоханской империи. — Тогда почему они тебя слушаются⁈ — Поскан заворочался, пытаясь повернуться и посмотреть на меня, но я сидел за его спиной и у него, не отстёгиваясь, это сделать не получилось. |
