|
Я твоё личное дело не один раз прочёл и хранится оно отдельно ото всех. Помнишь Петра Ивановича? Да, это тот, кто советовал тебе поступать именно в общевойсковое училище. Так вот, он и советовал обратить на тебя внимание. У тебя высокие морально-этические нормы, а твой психотип… Ладно. Знаю, что переубеждать тебя смысла нет, а «ломать» — поздно. Я это генералу и сказал. И он согласился с моими доводами. Так что твой рапорт удовлетворят, но позже. И отправят тебя не в боевую часть, — на этих словах я встрепенулся, попытался встать, но услышал, — успокойся! Присядь! Через пять дней из училища отбывает первая партия отчисленных за неуспеваемость, их четверо. Всех их переводят из высшего военного училища в среднее, для прохождения сержантских курсов. После курсов попадёте в действующую армию. Удовлетворён?
Я кивнул. — Вот и хорошо. Завтра приказом начальника училища тебе присвоят звание младший сержант, но афишировать об этом не будут. Не будет ни построения, ни зачитывания приказа… да, чуть не забыл. Всё время до отправки ты будешь находиться в санчасти в карантине. Это не моя прихоть, на этом настоял товарищ полковник, чтобы не разлагать личный состав курса. Как понимаю, и ты не особо горишь желанием встречаться с сокурсниками. Но это твоё дело. Так, вроде всё. Вопросы? Подполковник излагал грамотно, по делу и у меня вопросов не возникло. — Если нет вопросов, пойдём в санчасть… Как же долго тянется время! Когда занят, не замечаешь, что день прошёл, а здесь, сидя практически взаперти и заняться было нечем. Сидел, читал, что приносили из библиотеки. Ел, спал. Несколько раз ко мне пытались прорваться Мышь и Серый, но после отбоя карантинный блок закрывали, а в дневное время в санчасти постоянно кто-то находится из офицеров и пройти незамеченным невозможно. Как-то ночью, после отбоя мы стояли, смотрели друг на друга через оконное стекло. Они говорили, задавали вопросы, интересовались моим здоровьем, а я только пожимал плечами, делая вид, что не понимаю. Сожаления, что поступил так, как поступил, не появилось. Только ещё больше утвердился в принятом решении… — Товарищи курсан… — осёкся на полуслове лейтенант, что сопровождал нас к новому месту службы. Именно службы, а не учёбы. Приказом начальника училища мы были отчислены из училища и как военнообязанные призывного возраста призваны, точнее направлены для прохождения курсов младшего сержантского состава в военное училище среднего профессионального образования. И рано утром стояли за пределами училища у КПП с вещами и ждали, когда подадут транспорт. — В училище проследуем на автобусе. Оно расположено в соседнем городе, к вечеру доберёмся. Все подписали обходной лист? Сухпаёк получили? — смотря как каждый из стоявших кивнул, продолжил лейтенант, — хорошо, следующее… Со мной в строю пятеро. Я стоял на правом фланге шеренги, так как на моих погонах красовались две лычки младшего сержанта. Все собратья по несчастью выглядели понурыми, и я не отличался от них. Стоял, потупив взгляд и внимательно слушал лейтенанта. Нам предстояло преодолеть примерно восемьсот километров, и я надеялся, что подадут нормальное транспортное средство, которое не сломается в пути и что на всех хватит сидячих мест. И к счастью мои ожидания оправдались. |
