– Ну, я же должен был тебя дождаться, правда? – пробормотал Адам.

– Отлично, сейчас я уже здесь, – перешла в наступление Элиза. – Значит, ты должен немедленно написать в Вашингтон, что теперь с радостью принимаешь предложение. Я ни дня не хочу оставаться здесь, на краю света. Здесь же совершенно нечем заняться, и эти дикие индейцы…

– Боюсь, миссис Тэтчер, – перебил ее Уэнделл, – что вашему мужу лучше повременить с переводом, если, конечно, он хочет продвинуться по службе. Понимаете, я предложил назначить Адама начальником этого гарнизона. Это назначение – прекрасная возможность показать себя, оно очень важно для его карьеры.

Элиза резко встала из-за стола. Щеки ее пылали.

– Мне наплевать на его карьеру, сэр! Последние месяцы я находилась в самом настоящем аду, и меня уже тошнит от этой проклятой пустыни. Я устала от невзгод, индейцев, устала от смертей – все это мне надоело до жути. Я хочу цивилизации! Вам хорошо говорить о важности этой должности – начальник жалкого форта, потому что сами вы уезжаете. А я остаюсь здесь, чтобы превратиться в такую же старую каргу со сморщенной от солнца кожей, как и все остальные женщины, которых я здесь видела.

Пораженный этой внезапной вспышкой, Уэнделл сидел молча, ошеломленно уставившись на жену своего лучшего офицера. Флора потрогала пальцами щеки и прошептала:

– Вы имеете в виду меня, дорогая? Почему? Я старалась не бывать много на солнце, и у меня и в мыслях…

– Позвольте мне извиниться за свою жену, – сказал Адам Тэтчер, поднимаясь из-за стола с окаменевшим от ярости лицом. – Она не в себе. Этого следовало ожидать после всего, что она перенесла. Я уверен, когда она отдохнет и придет в нормальное состояние, она, как и я, будет счастлива этому, такому важному для меня, назначению.

– О, как бы не так! – выпалила Элиза, вырываясь из рук мужа, который пытался вывести ее из комнаты. – Я ни за что здесь не останусь, обещаю тебе!

Адам еще раз извинился и посмотрел на Джули, которая ответила ему полным сочувствия взглядом. Затем он повернулся, схватил Элизу за плечи и решительно потянул к двери.

Уэнделл Мейнз поднялся из-за стола.

– Адам, мне очень жаль, – сказал он. – Зря я затеял этот разговор.

– Не беспокойтесь, сэр, – стараясь держаться как можно непринужденнее, ответил Адам, одновременно выталкивая Элизу из столовой. – Я очень рад за вас. И благодарен вам за участие. Увидимся за бренди. – Он вышел и закрыл за собой дверь, но Элиза все никак не могла успокоиться. Из коридора еще долго доносились ее гневные выкрики.

– Я просто шокирована, – пробормотала Флора Мейнз, как только они удалились. – Я не совсем уверена, что эта женщина понимает, что такое – быть женой военного. Такая выходка, да еще перед командиром ее мужа!

– Как жаль! – Уэнделл снова уселся за стол и возобновил трапезу. – Адам Тэтчер – отличный офицер, он мог бы сделать прекрасную военную карьеру, если бы на его шее не висела такая обуза.

Флора кивнула.

Они закончили ужин, и миссис Мейнз предложила Джули пойти отдохнуть.

– Мне еще нужно кое-что заштопать, а Уэнделл всегда допоздна засиживается со своими офицерами. Тем более сегодня вечером им нужно поговорить о многом! – Она с сияющим от радости лицом взглянула на мужа. – Когда мы уезжаем? Я успею написать мальчикам?

– Думаю, для них это будет сюрпризом, дорогая, потому что мы уедем со следующим дилижансом.

– Ой, мне же еще столько нужно сделать! – воскликнула Флора, выскакивая из-за стола.