|
Большой период времени для гуманоидных цивилизаций! За этот срок земляне продвинулись от берегов Европы до Плутона, от деревянных парусников до межпланетных кораблей, от жалких суеверий до истинной картины Мироздания. Фаата, однако, тоже не сидели на месте и не пребывали в стагнации. Это казалось очевидным с первых же минут, когда Изгой, под видом Лю Чена, поймал далекую вспышку аннигиляции и, пользуясь телескопом обсерватории «Кеплер», зафиксировал ее на снимках. Технология фаата превосходила земную, и, вероятно, их развитие тоже шло по нарастающей – как-никак, они пересекли Провал между галактическими рукавами! Само по себе это не слишком впечатляло – погрузившись в Лимб, корабль мог преодолеть огромные расстояния, но потребность в данном шаге была свидетельством того, что сектор фаата расширяется и сфера их интересов достигла Солнечной системы. В такой ситуации шансы землян создать свою империю падали до нуля, и, значит, они не станут в будущем противовесом фаата.
Самым страшным, по мнению Гюнтера Фосса, являлась их генетическая близость к земному человечеству. Если земляне и бино фаата могут давать потомство (в чем он почти не сомневался), поглощение расы людей высокоразвитыми пришельцами неизбежно. То, что землян миллиарды, а фаата немногочисленны, роли не играло: наверняка их корабль был оснащен банком спермы и инкубаторами для ускорения цикла воспроизводства. В евгеническом плане политика их лидеров была чрезвычайно жесткой, и Фосс полагал, что за восемь столетий она не изменилась: фаата репродуцировали правящую касту и несколько каст солдат и работников, напоминая тем пчелиный улей или других общественных насекомых. При этом физиологически они оставались людьми и сохраняли человеческий облик, в чем тоже таилась опасность: люди скорее поверят людям, чем странному существу-метаморфу. Он бы их уничтожил, если бы мог. Но, кроме психологической неспособности к убийству, Фосс не обладал оружием, которое могло бы поразить фаата на космических расстояниях. Он действовал так, как положено Оберегающему: используя мощь и силу расы, с которой сроднился за долгие века, попробовал остановить пришельцев подальше от Земли, в Поясе Астероидов или за марсианской орбитой. Не исключалось, что на Земле он смог бы с ними справиться (имелись на этот случай запасные варианты), но тут не обошлось бы без разрушений и жертв. Земля с ее гигантским населением и городами-мегаполисами не очень подходила для космических схваток: удары плазмы и антиматерии убьют миллионы, не разбирая, кто прав, кто виноват. Была, однако, надежда обойтись без этих чудовищных средств, перехватив управление кораблем фаата. Оно осуществлялось квазиразумной тварью, подобием биокомпьютера; это наследие даскинов, брошенное за ненадобностью, тем охотней подчинялось новым своим симбионтам, чем выше был их ментальный потенциал. Собственно, это обстоятельство выделило часть фаата в правящую касту, способную контролировать квазиразумных; все остальные служили их придатками, подключаясь к ментальной связи с помощью особого прибора – каффа. Землянам он не слишком подходил, но в арсенале Фосса-Изгоя имелось более мощное устройство, крохотная сфера-ментопередатчик, которую он телепортировал на корабль. Случайность!.. – думал Фосс, отправив свой данайский дар. Вселенная полна случайностей, и тот, кто пользуется ими, – конечно, с разумной осторожностью! – будет в выигрыше. Крейсер землян, который случайно встретили фаата, был уничтожен, но на корабль взяли пленных – двух мужчин и женщину. Один погиб, сопротивляясь ментальному вторжению в свой разум, другую, после искусственного оплодотворения, поместили в инкубатор; остался третий, на удивление упрямый, озлобленный, однако совсем не глупый. Тоже случайность! Если использует ментопередатчик, то… Но на этом счастливые случайности закончились: подчинить квазиразум Павел Литвин, протеже Изгоя, не сумел. |
