Стемнело, и в узкой полоске небес, видимой из ущелья, вспыхнули звезды. Зибель закончил работу – тонкий цилиндр информзонда бесшумно приподнялся над модулем, замер на мгновение и блестящей стрелкой умчался в зенит. Силы Коркорана восстановились; вскрыв контейнер с оружием, он закрепил на правом запястье миниатюрный лазерный разрядник, на левом – устройство фиксации и связи в виде браслета, подвесил к поясу метатель плазмы, сунул в рюкзак батареи, пищевой концентрат, флягу и аптечку. Потом закрыл глаза и прислушался.

    Беззвучный рокот голосов, невнятное быстрое бормотание, смутные картины, всплеск чужих эмоций наполнили его разум. Ментальные волны струились над планетой, кружились водоворотами, смешивались, накладывались, и на какой-то период Коркоран почувствовал себя оглушенным, словно очутился в огромной толпе, где каждый говорил свое, и слуха его достигали лишь обрывки фраз, отдельные слова и выкрики. На Земле было совсем по-иному, там мысленные излучения не атаковали его с громом и рокотом, а тихо шелестели, и он всегда мог настроиться на нужную волну. Непросто быть телепатом в мире телепатов, подумал Коркоран, пытаясь сосредоточиться и нащупать порядок в какофонии, звучавшей в его голове. Термин «звучать» тут подходил не совсем, как и другие из того же ряда – «видеть», «слышать», «чувствовать», но более соответствующих в земных языках еще не имелось; возможно, появятся через век или два, когда ментальное общение не будет редкостью.

    Итак, он слушал, и постепенно в хаосе сигналов возникли мощные четкие импульсы, плывущие с юго-запада, с дальней оконечности материка. Эти волны словно поддерживали множество других, менее сильных и не таких отчетливых, зато понятных, ибо они несли информацию на фаата'лиу. Большей частью краткие приказы тхо, но он разобрал и нечто более интересное: пять или шесть человек обсуждали какую-то проблему, связанную с генетикой, и, кажется, не могли согласиться друг с другом. «Мо р'ари», – заметил один из них, и эти слова достигли сознания Коркорана вместе с сопровождавшим их чувством бессилия. Мо р'ари… все бесполезно…

    Из модуля появился Зибель, и, заслышав шорох шагов, Коркоран открыл глаза. Его друг был готов к путешествию: темно-фиолетовое одеяние обтягивало от шеи до щиколоток, на спине, сливаясь с комбинезоном, висел плоский контейнер-рюкзак, поблескивал браслет-коммутатор на левой руке, к поясу приторочена маленькая сумка. Было непривычно видеть его таким – с лицом пожилого фаата, с длинными черными волосами и ртом, напоминающим птичий клюв. Оружия Клаус не взял, но в сумке у него что-то топорщилось – овальный, величиной с ладонь предмет.

    «Капсула с газом? – подумал Коркоран. – Нет, у капсулы другая форма.»

    – Зондируешь поле? – спросил Зибель. – Ну, и как впечатления?

    – Ты прав, в горах на юге что-то есть. Ментальный обмен на фоне сильных ритмичных пульсаций… Это квазиразумные? Те, что еще не созрели?

    – Да. Хочешь отправиться к ним?

    – Не сейчас, Клаус. Прежде посетим другое место.

    Уловив его мысль, Зибель кивнул.

    – То, которое ты видел в Снах? Холм, река, деревья… Что тебя там привлекает?

    – Тот тип в т'хами. Кажется, очень информированный субъект. И если он еще не очнулся…

    – Возьмем тепленьким – так у вас говорят? – Зубы Клауса сверкнули в усмешке. – Ну, на холм так на холм. Представь эту местность и передай картину мне… так, достаточно…

    Темное небо, ущелье, модуль и застывший рядом робот вдруг исчезли, и в глаза Коркорану брызнул свет.