— Куда это он? — спросила она Андрея.

— А я откуда знаю, — неожиданно зло отозвался тот.

— Ты чего такой дерганый? — насмешливо посмотрела на него женщина. — Не выспался, что ли?

— Слушай, ты! — заорал Андрей. — Закрой пасть!

— Да что ты? — засмеялась она. — Как страшно!

— Я тебе сказал!

Неожиданно из дома, куда вошел Буров, раздался громкий женский крик. Андрей, открыв заднюю дверцу, выбросил из машины футляр виолончели. Выскочил сам, быстро открыл футляр и выхватил винтовку с оптическим прицелом. От дома к машине бежал Буров.

— Кто там орал? — нервно спросила Клава.

Положив винтовку в футляр, Андрей поставил его на пол у заднего сиденья и закрыл дверцу.

— Деревню Погорелки знаешь? — спросил Буров.

— Знаю, — усаживаясь рядом с ним, ответил удивленный Охотник. — А чего ты там забыл?

Не отвечая, Лев тронул «волгу».

— Вы что? — пораженно спросил Зарецкий. — Сдурели обе?

— Это она начала, — вырываясь из рук державших ее парней, закричала Алла. — Стерва!

— Сама шлюха! — завизжала Зина. Яростно сверкая глазами, растрепанные женщины оскорбляли друг друга, как базарные бабы.

— Прекратите! — не выдержав, заорал Зарецкий. Услышав в его голосе злое предупреждение, обе сразу же замолчали.

— Уведите ее, — кивнув на дочь, приказал он трем удерживающим ее парням. — И держите в кабинете до моего прихода!

Явно напуганная резким тоном отца Зина, не сопротивляясь, позволила вывести себя из комнаты.

— Вон! — выпроводил еще троих Зарецкий. Отпустив руки Бочаровой, они поспешно вышли.

— Объясни мне, — потребовал Зарецкий. — Что все это значит?

Буров молча гнал машину вперед. Та женщина, тетка Аллы, сказала ему такое…

— Направо, — услышал он голос Охотника.

Заложив крутой вираж, «волга», не сбавляя скорости, свернула направо. Значит, у Аллы есть сын от Кости. И его хотят забрать какие-то люди. Когда он вошел к пожилой женщине в дом и, представившись другом Аллы, спросил, где Костя, женщина заплакала и показала ему припухшие кисти рук.

— Полчаса назад двое приходили. Алкин сын им нужен. Я не хотела говорить, а они… — пошевелив опухшими руками, женщина пронзительно закричала.

Увидев на столе лист бумаги, он понял: те двое записали адрес. Шагнув к женщине, яростно прошептал:

— Где сын Кости?

— Погорелки, — заплакала женщина. — Торопись, милый. Убьют они мальчишку, — она говорила еще что-то, но он выбежал из дома и бросился к машине.

Значит, Костю забрала не милиция. Но не о напарнике думал сейчас Буров. Выжимая из старенькой «волги» все, на что она способна, он спешил к сыну Павлова. Ему нужно было увидеть тех двоих, что ехали за мальчишкой. Потому что они наверняка знали, где Костя и что с ним.

— Ты дура! — хлестнув дочь по лицу, заорал Зарецкий.

— Папа, — испуганно отскочила та. Таким она отца не видела и поэтому была страшно напугана.

— Ты сейчас же — слышишь? — сейчас пойдешь, — наступая на пятившуюся Зину процедил он, — и извинишься перед Аллой! Если ты не сделаешь этого…

Взглянув на его перекошенное яростью лицо, она торопливо закивала:

— Да, папа.