— В поход собирались, Володя, — смущенно ответил Женя.

— Знаю, знаю. Дедушка рассказывал… Что же вы, ребята, раньше мне всё не рассказали? — укоризненно проговорил Володя. — Я почти обиделся…

— Мы расстраивать не хотели, беспокоить… — сбивчиво объяснил Женя.

Наконец ребят словно прорвало. Все сразу, перебивая друг друга, заговорили. Показали письмо и партизанский дневник, чертеж и список продуктов. Рассказали о ссоре с Федькой (тот сердито засопел носом и надвинул козырек на глаза), об Алькиной подлости, о копилках.

Потом помолчали.

— Какие настоящие, великие герои! — задумчиво сказал Паша, перелистывая партизанский дневник. — Жалко их… В Японии, в тюрьме сидят. Сейчас, после победы, их можно бы разыскать там, освободить… Правда, Володя?

— Вернетесь из пади Золотой, обдумаем… Только вот что, ребята, — сказал Володя и даже приподнялся на кровати. — Что вы всё твердите: «великие», «необыкновенные»? Да тысячи и тысячи людей в гражданскую войну и в Отечественную совершали еще более геройские подвиги за советскую власть. Думаете, в Монгоне таких не могло быть?

Ребята запротестовали. Правда, среди фронтовиков много орденоносцев. Есть Герои Труда. Но подвиг партизан!.. Что может сравниться с ним? Раненными, истекающими кровью, проползти триста верст! Хочется пить, есть, спать. Жжет солнце или льет дождь. Темная холодная ночь, кругом рыскают звери. А они только двое в тайге. И так много дней и ночей, несколько месяцев. Ведь если их наградить, то только звание Героев Советского Союза могло бы подойти к ним.

Нет, ребята не знают людей, которых бы можно поставить в один ряд с великими партизанами.

— А водовоз школьный? Сторож ночной? — называл Володя стариков. — Могли бы они совершить такое?

— Ну, Володя! У них и вид совсем не тот, ничего геройского.

— А почтальон? Конюх?..

Ребята даже чуть обиделись. Почтальона дядю Васю, узкогрудого и узкоплечего, с реденькой, похожей на мочало бородкой, ребята любили за веселые прибаутки и шутки. Конюх был одноглазый и безрукий старичок; он часто, когда ребята были меньше, катал их верхом на лошадях. Они оба и ростом то всего с Борьку. Их и подозревать нельзя, не могли они стать такими героями.

В разговоре незаметно пролетело время. Солнце закатилось, в открытое окно потянуло сыростью и холодком. Ребята поднялись прощаться.

— Всё взяли? Ничего не забыли? — спросил Володя.

— Всё. Сколько раз проверять!

— А как письмо с голубем отправите? К лапке ниткой привяжете? Да оно растреплется, оторвется.

— Правда!.. Ведь специальные патрончики делают. Но сейчас не успеем…

— Возьмите! — Володя достал из под подушки сверточек. В нем были крохотный, рулон папиросной бумаги и два очень маленьких и легких металлических патрончика на ножки голубю. — В другой раз не забывайте. Не стал бы делать, да знаю, что некогда вам было… Ну, счастливо, ребята! Где то вы будете завтра?..

 

 

 

 

 

Часть вторая

В ТАЙГЕ

 

Глава 1

В ПОХОД!

 

Ранним июньским утром из Монгона выходила в тайгу небывалая экспедиция.

В голове колонны лениво выступала сивая лошадь, по всем признакам весьма почтенного возраста, привычная к походам и потому пущенная вперед. Она была навьючена раздутыми от груза кожаными переметными сумами. Поверх сум плавно покачивался объемистый брезентовый тюк; в нем были постели и палатка.