— Всё! Новый год! Шампанское! Миша, давай!

Парень быстро ухватил бутылку, сорвал металлическую оплётку и фольгу, легко вынул пробковую, а не пластмассовую, пробку. Вино зашипело, пенясь в высоких узких бокалах. Девушки торопливо наломали большую плитку шоколада и разложили квадратики по тарелочкам, закусывать. Успели вовремя — секундная стрелка уже пошла отсчитывать последние секунды:

— Пять! Четыре! Три! Два! Один! С Новым годом!

Все дружно чокнулись, потом начали торопливо пить, делая по глотку в секунду, согласно старому, неизвестно откуда взявшемуся поверью, что если выпить бокал за двенадцать ударов часов, то загаданное желание сбудется.

Михаил успел. Девушки, к их разочарованию, нет… Надули губки, но не надолго. Буквально через пару минут всё продолжилось, снова звон хрусталя, булькание льющейся из горлышка жидкости…

— Кончилось.

Ирина потрясла пустую бутылку из-под «Чинзано», перевернув её горлышком вниз. Алёна умильно взглянула на парня, потом на сестру, было видно, что её немного повело. Девушка окинула взглядом стол и, протянув руку, ухватила так и не открытую водку, которую принёс Михаил вместе с остальным.

— Ты знаешь, меня, честно говоря, эта итальянская, или какая там, муть не прельщает. Больно приторная. Ну её. Давай лучше нашу, русскую!

— А что? Давай! Миша, начисляй!

Парень пожал плечами, свернул пробку, быстро налил три стопки, которые ждали своей очереди среди чистой посуды.

— За то, чтобы у нас всё было хорошо. Будем жить!

— Будем!

Они дружно чокнулись, осушили ёмкости, торопливо набросились на закуску. Зажевав, заулыбались.

— Да… Это не ликёр! — произнесла с набитым ртом Алёна, и все дружно закивали в знак согласия.

Как ни странно, вместо того чтобы усугубить опьянение, водка вызвала у Михаила обратный эффект. Он неожиданно для себя понял, что начинает трезветь. С чего бы? Во всяком случае, вторую стопку он так и почувствовал. Просто тёплая волна по желудку, и всё. Больше ничего… Ирина заговорщически взглянула на сестру, кивнула головой. Та повторила жест в ответ, пристально взглянула на сидящего в расслабленной позе парня, поднялась со своего места, прошагала к телевизору, склонилась к видеомагнитофону, меняя кассету. Вернулась назад, и старшая сестра тоже поднялась с места:

— Подождёшь нас чуть-чуть? Мы тебе подарок обещали… Только сейчас, в последний раз взглянем на него? Хорошо? Чтобы всё нормально было. А ты пока кино посмотри…

— Кино? Хорошо.

Он кивнул головой, а девчонки отправились за ширму, которая зачем-то стояла возле двери в душевой отсек. Между тем мельтешение полос на экране телевизора исчезло, и появились титры. На английском, как понял Михаил. И улыбнулся — он же, в отличие от сестрёнок, этого языка не понимает. Какой смысл смотреть? По ушам ударила музыка, Алёна то ли случайно, то ли специально сделала звук громче, и парень поморщился. Но вставать со стула было лень. Он осмотрел стол и, подбавив себе салата, стал лениво ковырять его вилкой… Правда, через минуту бросил — по глазам с экрана ударили обнажённые тела, а потом начался настоящий траходром… Какого?.. Стоны, вздохи, извивания и прочие… Шумовые эффекты… Какого дьявола сестрёнки задумали?! Щелчок, всё неожиданно оборвалось. Из-за ширмы показалась рука с пультом. Затем с обоих сторон высунулись лица девушек:

— Ну как? Понравилось? Но это — ерунда. Так. Лучше получи свой подарок!

Они на секунду исчезли, зазвучала музыка. Что-то космическое. Электронное. Раньше он никогда такого не слышал. А потом появились сёстры.