Словно нащупывая реакцию.

Кулачковый эксцентрик и большой рычаг позволяли развить достаточно приличное усилие, чтобы работать осторожно и без рывков.

Вот пошло первое зацепление.

Мгновение.

И трактор вздрогнув, начал двигаться. Медленно.

Сам же граф не мог отделаться от наваждения. Ему казалось, что это все что-то нереальное… что оно ему сниться… Ведь на дворе был 1850-ый год, а он… ехал на колесной машине, приводимой в движение пусть примитивным, но двигателем внутреннего сгорания…

Медленно, но ехал. Да.

При этом довольно тяжелая конструкция, массой несколько тонн, отчетливо «козлила», но двигалась. А большие задние колеса, несмотря на столь малые обороты, позволяли разгоняться до пять-шести километров в час.

Сделал он кружок по двору.

Еще один.

Третий.

И подкатив, остановился возле прицепа — специально для опытов сделанного.

Включил реверс и сдал назад, подруливая к тележке, чтобы ее подцепить и посмотреть на работу трактора под нагрузкой. В принципе на таком двигателе можно запускать вращение в обратную сторону при должном опыте. Но Лев не стал с этим морочиться. Тем более что трансмиссия все равно была нужна для дорожного тягача…

— Лев Николаевич, — подбежав к нему, сообщил один из сотрудников мастерской. — Прислали гонца из особняка, к вам гости прибыли.

— Кто там? — несколько нервно спросил граф.

— От Шамиля кто-то. Я имя не запомнил…

[1] Пара сажень — это 4,26 м.

[2] Сто сажень — это 213 м.

[3] 60 дюймов — это примерно 1,52 м.

Часть 3

Глава 10

1850, декабрь, 1. Лондон

— Хватит уже, сэр, — выразительно, с нотками презрения произнес принц Альберт, глядя на вошедшего и рассыпавшегося многословными приветствиями лорда Палмерстона.

Королева Виктория просто кивнула и жестом указала тому на кресло.

— Что вы хотели нам сообщить? — холодно осведомилась она.

— Как вам известно, наша агентура в России практически уничтожена.

— Ради этого вы пришли?

— Нет-нет! Ваше Величество, я это начал говорить к тому, что нашел способ кое-что узнать.

— И какой же?

— Пруссия, Ваше Величество. Рудольф фон Ауэрсвальд ее нынешний канцлер оказался весьма сговорчив. Через что нам удалось приоткрыть эту пелену завесы, которую разворачивают русские. — голосом заговорщика произнес министр иностранных дел. — Да и австрийский канцлер Феликс цу Шварценберг, крайне раздраженный нежеланием русских им помогать, предоставил много полезных сведений.

— И там что-то значимое?

— О да! Полностью подтвердились слова императора об артиллерии. Представители Пруссии присутствовали при испытании и полны восторгов. Восьмидюймовая пушка с бомбами, которые взрываются при ударе о препятствие. Я проконсультировался с нашими моряками. Если русские такими перевооружат свои корабли, то они будут в состоянии играючи утопить весь наш флот.

— Вы серьезно? — нахмурился принц Альберт.

— Вот заключение адмиралтейства, — произнес лорд Палмерстон, доставая из папочки бумагу. — К счастью, у них была одна, и ту сожгли на опытах. Когда и сколько они их построят еще покамест неясно.

— Только по пушкам слухи подтвердились?

— Увы, не только… — развел руками министр иностранных дел. — Старый военный министр — князь Чернышев в запое. Всем распоряжается его заместитель Дмитрий Милютин, его совсем недавно произвели в генерал-майоры и поставили на эту должность.

— Что это за человек?

— Прогрессист.