Амелия напряженно смотрела на Мику, ее глаза сверкали. Он никогда не видел ее такой злой.

– Моя очередь уже подошла?

– Только не убивай ее, – мрачно пошутил он.

Амелия повернулась к Хармони.

– Куда, черт возьми, они забрали мою мать?

– Ты не можешь пойти за ней. У них там еще сотни людей.

– Где она?

– Вам лучше уйти. Здесь вы не в безопасности.

– Я не об этом спрашивала!

– Я не знаю, где находятся их лагеря! – воскликнула Хармони. – Никто не знает. Но они вернутся и приведут еще больше людей. Они придут за тобой.

Мика присел перед ней на корточки. Он постарался, чтобы его голос оставался спокойным.

– Хармони, мы понимаем опасность. Но нам нужна ваша помощь. Мне кажется, вы обязаны ее оказать, согласны?

Она сгорбила плечи, но взгляд ее оставался непреклонным.

– Вы везли Амелию в исследовательский центр, чтобы найти лекарство. Охотники за Головами собирались сделать то же самое. Говорят, в Убежище работает лучшая из сохранившихся медицинских исследовательских групп, состоящая из бывших сотрудников ЦКЗ. Именно туда ей и нужно отправиться. Но если бы я обменялась с Охотниками за Головами, мы бы все выиграли.

– На что вы нас променяли? – Руки Амелии сжались в кулаки. – Что стоило моей матери? Надиры? Меня?

Глаза Хармони блестели от непролитых слез. Она развела руки и уставилась на свой ярко оранжевый лак для ногтей, все еще идеально накрашенный, без единой трещинки или пятнышка.

– Противовирусные препараты для моего племянника.

Мика сузил глаза.

– Противовирусные препараты бесполезны при вирусе «Гидры». Даже правительство признало это в новостных лентах.

Она покачала головой.

– Не эти. Другие. Те, что производят в Убежище. Это не лекарство, но оно замедляет развитие болезни.

Мика уставился на нее.

– О чем вы говорите?

– Как думаешь, почему большинство Охотников за Головами не носят защитные костюмы или респираторные маски?

– Потому что они уже заражены, – медленно произнес Мика, когда его осенило понимание. Они с Амелией обменялись недоуменными взглядами. Что это значит?

– У некоторых есть иммунитет – я уверена, у Цербера так точно. Вот почему он так легко захватил контроль над бандой. До вируса он был всего лишь приспешником. Я знаю, что многие из остальных заражены. Но противовирусные препараты, которые они получают, торгуя с Убежищем, поддерживают их бессимптомное состояние – и они живы. Я не знаю, как долго они действуют. Цербер говорит, что бесконечно.

– И именно они вам нужны, – уточнил Мика.

– Да. – Одинокая слезинка потекла по ее морщинистой щеке. – Мой племянник Карсон умирает. Эти противовирусные препараты могут спасти ему жизнь, дать нам время, пока не будет найдено настоящее лекарство. Я потеряла дочь, мужа и внука. Я не могу потерять кого то еще.

– Вы согласились обменять наши жизни на жизнь вашего племянника.

– Когда осознала, кем была Амелия, я поняла, что Охотники за Головами дадут мне все, что нужно. Теперь все работает именно так! – взорвалась она, ее темные глаза смотрели вызывающе. – Охотники за Головами – это не что то новое. Они контролировали большую часть Северной Джорджии, включая Атланту, с десяток лет. Теперь они захватили Теннесси и Каролину. Вирус только укрепил и усилил их власть. Почти восемь лет мы обменивали товары на их защиту. Если ты подчиняешься и делаешь, что они говорят, они тебя не трогают.

– Вы – чудовище, – презрительно выплюнула Амелия.

Хармони смахнула слезу и фыркнула.

– Я сделала то, что должна была сделать, чтобы защитить свою семью, как и все остальные.