– Я сделала то, что должна была сделать, чтобы защитить свою семью, как и все остальные.

Мика скрестил руки.

– Вот тут вы ошибаетесь. Не все готовы торговать невинными жизнями. Не каждый продаст людей, которые ему доверяли…

– Ненавидьте меня, сколько хотите, но мои люди спасли вас. Мы приняли вас, рискуя жизнью. Мы кормили и одевали вас. Мы оказывали дорогостоящую медицинскую помощь вашим больным. Кто еще мог бы это сделать?

Сайлас фыркнул.

– Вы приняли нас, чтобы продать.

– Нет! – Хармони умоляюще посмотрела на Мику. – Нет, пока не узнала, что представляет собой Амелия, чего она стоит. Я знаю, чем занимаются Охотники за Головами. Они всегда торговали синтетическими наркотиками, нелегальным оружием и людьми, когда им это было выгодно. В прошлом месяце Цербер сказал, если я когда нибудь найду выжившего, он даст мне все, что захочу. Я бы никогда не пошла на это, если бы не отчаялась. Мне очень жаль.

– А остальные ваши люди тоже участвовали в этом?

Ее рот сжался.

– Только Рассел, клянусь. И я не подозревала, что они попытаются забрать женщин.

– Да, вы прекрасно знали, – жестко сказала Амелия. – Вот почему заключили сделку, чтобы оставить Бенджи.

Какое то время Хармони молчала. Она не знала, что сказать. Чувство вины было написано на ее лице. Ее нижняя губа задрожала.

– Я хороший человек.

Мика устало покачал головой. Она была хорошим человеком, пока не отчаялась настолько, что переступила эту черту. Сейчас все впали в отчаяние, или скоро впадут в него. Что же будет дальше? Сколько хороших людей прибегнет к самым отвратительным поступкам?

Любой человек может совершить ужасное преступление, если он достаточно отчаян, если чувствует себя оправданным в своем отчаянии. Хармони так и поступила. Где грань между тем, чтобы сделать все необходимое для защиты тех, кого любишь, и тем, чтобы сохранить свою душу, свою человечность?

Он не знал. У него не было всех ответов. Будь хорошим. Будь смелым. Грань все таки существовала. Может быть, главное – никогда не забывать, что она есть. Наверное, необходимо сознательно принять решение оставаться верным себе, несмотря на окружающую суровость и жестокость. Если же этого не сделать, то одно ужасное решение могло привести к тому, что вы сами становились тем, кого когда то ненавидели. Если вы ничем не отличаетесь от врага, то какой в этом смысл?

Амелия качнулась на ногах. Она выглядела слишком бледной. Прежде чем Мика успел что то сказать, она отмахнулась от него, прислонившись к дверному косяку, чтобы не упасть.

– Что такое Убежище?

Хармони потерла лицо ладонью и вздохнула.

– В холмах уже много лет что то строят, готовятся к чему то подобному. Поговаривают, что это управляемая правительством безопасная зона, как Рейвен Рок, Шайенн Маунтин и все остальное, только над землей. Туда могут попасть лишь основные сотрудники, важные чиновники и их семьи, а также богачи, которые могут купить себе вход. Но у них есть все – электричество, связь, работающие коммуникации, исследовательские центры, госпиталь. Ходят слухи, что именно туда перевезли президента Слоан и оставшихся в живых членов Совета Единства после падения горы Везер.

Сайлас и Амелия обменялись изумленными взглядами. Амелия схватила Сайласа за руку и сжала ее. Мика нахмурился, озадаченный их реакцией. Слышали ли они раньше об этом Убежище?

– Почему вы раньше ничего не рассказывали? – зло спросила Амелия.

Хармони напряглась.

– Вы не спрашивали. И это не казалось важным. То, что делает правительство в других местах, здесь не имеет значения.

– Если только они не найдут лекарство – тогда это будет важно! – Лицо Амелии покраснело, руки сжались в кулаки. Обычно она контролировала свои эмоции, не позволяя страху или гневу вырваться наружу.