– Когда мы строили ферму два десятилетия назад, то добавили трехкомнатный лазарет, – пояснила она. – У нас есть три палаты для пациентов и небольшой хирургический кабинет для лечения мелких травм. Когда появился вирус, мы отгородили палаты под карантин.

– Вы можете ее спасти? – Плечи Элизы ссутулились, на лице появилось затравленное выражение.

– Сейчас ее уже ничто не спасет, но мы можем создать ей комфортные условия.

Челюсть Габриэля сжалась. Бледность Элизы еще больше усилилась. Мика вздрогнул. Слова Хармони не вызывали сомнений, но ему не нравилось, когда их произносили вслух.

И все же Амелия сильная. Она всю жизнь прожила с эпилепсией. Конечно, она могла побороть эту глупую болезнь.

– А как же лекарство?

Хармони только пожала плечами.

– Его нет.

Сайлас резко встал, отодвинув стул, с непроницаемым выражением лица. Не говоря ни слова, он вышел из столовой и захлопнул за собой дверь.

– Извините его, – слабо сказала Элиза. – У него трудный период. – Как будто у остальных это не так.

На секунду Мика захотел встретиться с Габриэлем взглядом и закатить глаза, как они делали это на протяжении многих лет. Но он не мог. Их братское товарищество давно ушло в прошлое.

– Но лагеря Федерального агентства по чрезвычайным ситуациям… – Элиза прикусила нижнюю губу. Именно туда они направлялись. – Они сказали…

Гонсалес хмыкнул.

– Не стоит туда идти.

– Но в листовках… – пробормотала Элиза. – Там говорится о лечении.

Хармони встретила взгляд Элизы.

– Не все, что говорит правительство, оказывается правдой.

– Мы должны отвезти ее туда. – Элиза прижала руки к горлу.

Хармони поправила маску на лице. И на мгновение закрыла глаза.

– Когда мой внук заболел, мы отвезли его именно туда, – очень тихо произнесла она. – Он не вернулся.

Элиза застыла. Глаза Уиллоу стали дикими, затравленными. Она обхватила себя руками. Мика знал, что они представляют себе Амелию и Бенджи в таких же обстоятельствах. Так много смертей, так много людей, которые потеряли близких.

– Мне очень жаль.

Хорн прочистил горло.

– Все меняется. Прошло несколько недель. Конечно, ВОЗ, Министерство обороны и организации здравоохранения всех стран работают круглосуточно…

– Вы уверены? – спросила Хармони. – Мы их не видели.

– Ну, а почему нет? Я убежден, они на пороге прорыва. – Он огляделся по сторонам и недовольно сморщил нос. – Нам нужно выбраться из глуши и найти настоящую цивилизацию.

Мика прикусил внутреннюю сторону щеки, борясь с вспышкой раздражения. Такие люди, как Хорн, никогда не испытывали неудобств, связанных с голодом или разочарование от безразличия правительства. Он не имел ни малейшего представления о том, каково это – оказаться в ситуации, когда никто не пришел тебя спасать. Мика старался сочувствовать всем, но в некоторые дни и с некоторыми людьми приходилось труднее, чем с другими.

– Мы отвезем Амелию и Бенджи в медицинский центр, – объявил Джерико. – Нам бы пригодилась ваша помощь, но мы поедем с ней или без нее.

Хармони тяжело кивнула.

– Некоторые люди должны увидеть, чтобы поверить. Я прошу только об одном. Прежде чем пытаться перевезти эту страдающую девушку, съездите и посмотрите все сами. Они находятся в часе езды на запад. Главное шоссе настолько загромождено брошенными машинами, что вы вряд ли сможете проехать, но есть проселочная дорога, которую я могу вам показать.