— Думаешь, его предложение выполнимо?

— Безусловно, выполнимо. Только вряд ли целесообразно. Самый надежный способ склонить Каддафи к тому, чтобы он сбросил атомную бомбу, — посоветовать ему этого не делать. А еще надежнее — пригрозить ему. Но мы все же примем к сведению.

Премьер и министр иностранных дел мало симпатизировали друг другу.

— Я бы хотел получить ваше письменное заключение завтра утром. Только, Хаим, пусть оно будет коротенькое, а не обычная ваша простыня.

Сидящие вокруг стола попрятали невольные улыбки.

— Ладно. Но тут есть проблема: американцам в таких делах не хватает тонкости.

— Где ее нынче возьмешь, эту тонкость?

— Вот англичане, например…

— Вот уже действительно лучший способ прикончить Каддафи: он со смеху помрет.

Присутствовавшие вежливо посмеялись.

— Проблемой Тукры мы занимаемся совместно с министерством обороны, — пояснил министр иностранных дел. — Они тоже считают, что результатом любой американской инициативы станет только укрепление противовоздушной обороны Тукры — зачем нам это надо?

Премьер-министр снова обратился к Бен Тову:

— А четвертое соображение?

— Оно в том, чтобы привлечь наших друзей из Парижа. Подробности мне бы обсуждать не хотелось — нужна предельная осторожность.

— Что, есть риск утечки?

— Есть, представьте.

— А если ваши рассуждения ошибочны? «Моссаду» же свойственно ошибаться, тем он и знаменит…

— Тогда мы уклонимся, — Мемуне не обратил внимания на колкость.

«…под благовидным предлогом, — закончил фразу Бен Тов, разумеется, про себя. — Идея, чтоб ее…»

— Ничего этого знать не желаю, — сказал премьер. — Но если в Париже начнутся какие-нибудь политические пертурбации из-за ваших этих дел, доложите мне немедленно. Ясно?

— Разумеется, господин премьер-министр. — Мемуне откашлялся и продолжал:

— Мы убеждены, что если «Шатила» ищет возможности заполучить ядерное оружие, то ее первая забота — способ доставки. Если, конечно, она его уже не получила…

— А вы что, не в курсе дела?

Мемуне поправил очки и уставился в свою записку, будто рассчитывая отыскать ответ. Но, не найдя ничего путного, отрицательно покачал головой.

— Пока ничего определенного сказать не могу. Наше ведомство занимается этой проблемой в самую первую очередь.

Премьер буркнул что-то и обернулся к секретарю кабинета:

— Мы к этому еще вернемся, Ури, занеси это в повестку дня следующего заседания кабинета министров. Что там еще?

— Вопрос о поставке французских самолетов в Ирак.

— Ну и что насчет французских поставок в Ирак?

Премьер-министр так и не сказал, что «Моссад», мол, мелет чепуху…

— Нас самым классическим образом загнали в угол, — сказал Бен Тов, когда они с Мемуне возвращались к своей машине. — Выбор такой — или попытаться пресечь действия группы прямо сейчас, или продолжить наблюдение за ней. Риск в обоих случаях огромный. Попытка обезвредить этих людей вряд ли удастся, мы только спровоцируем их на скорые и решительные шаги, они сообразят, что медлить опасно. Схватить некоторых членов группы — скажем, того же Хайяка, или, допустим, взять этого француза Таверне, а то и самого майора Савари — это в принципе возможно. Но профессор Ханиф недосягаем, и я не вижу пока способа поймать его. А любого другого он прекраснейшим образом заменит — и все.