Келл начал поворачивать, очевидно собираясь обогнуть чудовище по широкой дуге, но неожиданно оно рванулось к нему в молниеносном движении. Все произошло настолько быстро, что Жан‑Поль даже не успел сообразить, что случилось, когда увидел Келла, беспомощно плавающего в воде и слабо подергивающего ногами. Перед ним плавал черный ворох каких‑то жгутов. Келл перевернулся, и Жан‑Поль увидел, что это были за жгуты и откуда они взялись! Келл был просто выпотрошен! Рваная рана тянулась поперек его живота.

Времени для переживаний не было. Существо направлялось прямо к нему. Жан‑Поль слепо выставил перед собой взрыв‑копье. Отдача ударила по руке, и он услышал приглушенный хлопок. Он отчаянно забил ногами, чтобы отплыть назад, стараясь разглядеть хоть что‑либо сквозь облако пузырьков, зная, что в любой момент когти могут вонзиться в него, разрывая его костюм и плоть. Он использовал единственный заряд своего взрыв‑копья, но все еще продолжал держать копье перед собой. Правда, у него на левом боку висел нож, но он понимал всю его бесполезность против чешуи чудовища…

Он почти выпустил изо рта дыхательную трубку, попытавшись закричать, когда кто‑то коснулся его плеча. Это была Эйла. Она помогла ему отплыть подальше. Как только он постарался следовать ее примеру – двигаться размеренно и спокойно, он тут же поплыл быстрее. Оглянувшись на облако пузырьков, он увидел, что в нем кто‑то бьется в конвульсиях. Определенно взрыв‑копье сработало; нервная система чудовища была повреждена.

Расстояние до батискафа показалось Жан‑Полю огромным. Он постоянно оглядывался, опасаясь, что из‑за рифа появятся другие существа. Однако они благополучно достигли батискафа. Эйла жестами показала, что он должен первым залезть в люк. Он не заставил себя упрашивать. Последний раз взглянув на риф, протиснулся в люк, громыхнув об его край аквалангом. Как только его ноги коснулись пола шлюзового отсека, Эйла последовала за ним. Она завинтила запор на люке, а потом повернула рычаг. Тотчас же вода стала убывать.

Когда вода стала по пояс, Жан‑Поль ощутил сильную боль в ушах. Но он мог думать только о том, что произошло с Келлом. Едва только Эйла сняла свою маску и вытащила изо рта дыхательную трубку, он схватил ее за плечи и закричал:

– Что, черт побери, случилось?! Зачем Келл напал на него? Ты ведь говорила, что они безопасны для людей!

Эйла сотрясалась от рыданий, по ее лицу катились слезы. Сначала она ничего не могла сказать, а потом, сдерживая всхлипывания, проговорила:

– Этот… был… не из наших. Слишком большой… по‑другому выглядит. Наши морские люди… они полосатые. А Келл… он… увидел… – Она не могла больше говорить, закрыла лицо руками и зарыдала.

Жан‑Поль прижал ее к себе, стараясь как‑то утешить. Он все понял. Келл спас ему жизнь. Ценою своей собственной…

– Эйла, давай, надо сматываться отсюда, пока не приплыли его товарищи. Открывай люк.

Она покачала головой.

– Нельзя… – всхлипнула она, – нужно дождаться, пока спадет давление… до одной атмосферы.

– И сколько это займет?

– Минут пятнадцать – двадцать.

– Да‑а, превосходно, ничего не скажешь.

Неожиданно раздался громкий удар в наружный люк батискафа. Эйла с надеждой в глазах посмотрела на Жан‑Поля.

– Келл! Это Келл! Он не умер, только ранен! Нужно его впустить!

– Это не может быть он, – жестко сказал ей Жан‑Поль.

Перед его глазами все еще была рваная рана в животе Келла, белесоватые внутренности вываливались из нее вместе с черным облаком крови.

– Это он! – Эйла вырвалась из его рук и потянулась к своему аквалангу.

– Что ты делаешь? – спросил он.

– Я выхожу наружу. Келлу нужна помощь! Он равен!

Он крепко схватил ее и встряхнул.