— Нет, не говорит, а вроде бы бормочет, — подумав, отвечала новенькая. — Да, вот подходяще слово — именно бормочет что-то себе под нос.

— О, у него есть нос! — обрадовались белки. Наконец хоть что-то конкретное узнали они о непонятном звере. Первая очевидица почувствовала себя уязвленной.

— А ты что, неужели поняла, где у него нос? — ревниво спросила она.

Вновь прибежавшая белка не очень уверенно ответила:

— Полагаю, спереди, не так ли? Но ручаться не стану, непонятное оно какое-то. Да и не похожее ни на одного зверя в лесу.

Услышав слова белки, Пафнутий понял: больше ничего конкретного от нее не узнает. Тяжело вздохнул и двинулся дальше.

Несмотря на уверения белки, до ЭТОГО было не так уж близко. Уже вечерело, когда оба они с Кикусем внезапно почуяли какой-то незнакомый запах. Запах был незнакомым, но каким-то своим. Наверняка тоже зверь, однако зверь неизвестный. Такой запах не издавал ни один из живущих в лесу зверей.

Решительно развернувшись, Пафнутий потопал прямо на запах. Зато Кикусь, который до сих пор бежал впереди, сразу как-то замедлил шаг, а потом и вовсе пристроился за Пафнутием. А тот шел на запах как по нитке.

И вот они оба сначала услышали треск сучьев, потом увидели, как под чьим-то напором раздвигаются кусты. И — наконец из кустов вышло ЭТО и, увидев Пафнутия, остановилось.

Ветерок по-прежнему дул в нос, и Пафнутий уже не сомневался: перед ним зверь. И еще Пафнутий унюхал, что зверь этот симпатичный, добродушный и неопасный. Понял Пафнутий и то, почему Кикусь назвал его большим, но еще маленьким.

Зверь и в самом деле по размеру был очень большим, на целую голову выше Пафнутия. У него были огромные торчащие уши и просто невозможно длинный нос. Зверь был серого цвета, громоздкий, толстенький. И несомненно, это был детеныш.

Все звери прекрасно понимают с первого же взгляда: кто перед ними, взрослый или детеныш, независимо от того, какого размера встретившийся зверь. Тут у Пафнутия никаких сомнений не было. Чужой, неизвестный, не был взрослым, он был звериным детенышем. Не совсем маленьким детенышем, немного уже подросшим, средним. Ну, если обратиться к примеру, то этот детеныш был немного помоложе Кикуся, но постарше его сестрицы Грации.

Громадный детеныш среднего возраста стоял неподвижно, с любопытством уставившись на Пафнутия. Пафнутий понял: ЭТО его нисколько не боялось. Такое тоже легко понять каждому дикому зверю. И хотя чужой детеныш его не боялся, Пафнутий решил, что именно ему, Пафнутию, следует первым начать знакомиться. Ведь детеныш в их лесу гость, а он, Пафнутий, хозяин. К тому же, как мы знаем, Пафнутий просто обожал заводить новые знакомства.

Вот и теперь он благожелательно произнес:

— Добрый вечер. Ты кто?

— Добрый вечер, — вежливо ответил детеныш неизвестного зверя. — Я слоненок.

— Кто? — не понял Пафнутий.

— Слоненок я, — повторил детеныш. — А зовут меня Бинго.

— Понятно, — сказал ничего не понявший Пафнутий и сел на траву. — Ты слоненок, и тебя зовут Бинго. А откуда ты тут взялся? Ведь ты же не живешь в нашем лесу.

— Не живу, — признался слоненок. — Живу я в цирке. Но мне очень-очень хотелось увидеть лес.

— Понятно, — повторил Пафнутий и сделал попытку осмыслить услышанное. — А что такое цирк?

— Так я же тебе говорю — там я живу, — терпеливо заметил слоненок.

— Но какой он — цирк? — задал наводящий вопрос Кикусь. О, он знал, как надо разговаривать с детьми.

— Ну, такой… — ответил слоненок.