— Я поручу своему стряпчему подготовку проекта соглашения, — бросаю взгляд на облака, гонимые ветром. По равнине на видеостене идёт зелёная волна. — Продублирую вам. Думаю, наши юристы разберутся, что к чему.

— Это частности, — сказал дед. — Бенедиктов у тебя монстр, он справится.

Ларин кивнул, его взгляд стал серьёзным, почти суровым.

— Мы не просто заключаем союз, Ростислав. Мы создаём нечто большее. Сеть, которая охватит не только наши земли, но и умы. А также земли доверившихся нам вассалов. Люди будут знать, что за нами стоит сила, которую не сломить. И если тронутые действительно одержат верх, мы станем той самой скалой, о которую разобьются волны хаоса.

Дед медленно поднял руку, словно собираясь произнести тост.

— За будущее, которое мы строим сегодня. За наш союз. И за тех, кто будет стоять с нами плечом к плечу, когда наступит час испытаний.

Много пафоса.

Но я почувствовал, как в груди разливается тепло. Это было не просто чувство облегчения или удовлетворения. Это было осознание того, что я больше не один. Что за моей спиной теперь стоят люди, которые готовы бороться за общие интересы.

— За будущее, — повторил я, встречая взгляды своих союзников.

Вжух, сидящий в холле с книгой в лапах, словно почувствовал момент. Он поднял голову, его монокль блеснул в свете ламп, и он едва заметно кивнул в мою сторону. Как будто говорил: «Ты на правильном пути, хозяин». Впрочем, мне могло и показаться. Это ведь его образ.

И я знал, что так оно и есть.

Перед нами лежал долгий путь, полный вызовов и опасностей. Но теперь у нас был план. Была цель. И самое главное — у нас была сила, чтобы её достичь.

Глава 31

Я завяз на добрую неделю в бытовых вопросах, касающихся обустройства имения и набора команды «Грозы Степей». Экспедиторы продолжали прибывать, и ехали они не только с Севера, но и со всей страны. Стрелки зенитных и орудийных расчётов, пилоты мехов, радист, кок, боцман, мотористы и каббалист… Оставалось лишь восхититься кипучей деятельностью, которую развёл Кэп. Ежедневно Бенедиктов приносил на подпись новые контракты, только успевай подмахивать и скреплять родовой печатью.

А ещё стряпчий показал высокий уровень компетентности при составлении союзного договора. Правки со стороны князей были минимальными, и уже через пять дней мы встретились повторно, чтобы окончательно всё подписать. Сделали это не в клубе «Спокойствие», а в самом дорогом и фешенебельном ресторане Турова — «Судакове». Столики и приватные комнаты в этом заведении бронировались чуть ли не на полгода вперёд, но тут начали работать обширные связи моего будущего тестя. Так что в пятницу, когда в Турове воцарилась ясная и солнечная погода, а река полностью очистилась ото льда, мы собрались на втором этаже старинного здания на Княжеском бульваре.

Поводов для встречи было предостаточно.

С моей стороны присутствовали Варя, Карина и Вжух, против которого не возражали даже главы союзных Родов. Дед пришёл в гордом одиночестве, а Дмитрия Олеговича сопровождала Мария Степановна. Посоветовавшись с князьями заранее, я распорядился, чтобы обед подали сразу после того, как мы обсудим текущие дела. Для этого существовал электрический звонок, кнопку которого дизайнеры «Судакова» вывели на середину стола.

Окна приватной комнаты выходили на бульвар.

Я отметил про себя, что снега почти не осталось, но деревья стояли голые. По пешеходной части прогуливались горожане — с питомцами, колясками, детьми и бумажными кофейными стаканчиками. Машины ездили бесшумно, что свидетельствовало о безупречной звукоизоляции.

— Господа, я рад, что мы достигли взаимопонимания, — произнёс я, пока Варя передавала моему деду подписанное соглашение.