— Понял, — убрав пистолет, я принялся осматривать остальные вещи из своей смертельной коллекции.

Тонфы выглядели стильно и мощно. Всё обрезинено, покрыто непонятным серым слоем, как будто ударная часть выточена из графита. Знаки выгравированы прямо на поверхности, но работа настолько искусная, что пальцы ничего не чувствуют.

— Могут и огнём шарахнуть, если запитаешь от каналов, — предупредил Мефодий.

— А что с клинками?

— Сакс и тычковый теперь не сломаются, — криво ухмыльнулся инквизитор. — Вообще. Ну, я не знаю, чем их перерубить, нет такого оружия. Самозатачивающиеся лезвия. И урон дополнительный.

— От огня?

— Как ты догадался? — хохотнул весельчак. И понизил голос: — Если слухи не врут, ты универсал. Так что можешь шарахнуть и заморозкой. Но помни, что расход ки будет таким же, как при обычной атаке. И даже больше. Потому что система удерживает технику на клинке, а это непросто.

— У меня родовой меч так делает. Но там просто огонь.

— Устаревшая технология, — фыркнул Мефодий. — А сакс — это на века. Машина смерти.

— Добро, — я аккуратно упаковал всё в футляры и кивнул на Карину. — Мой каббалист заберёт.

— Не вопрос, — согласился Мефодий. — Только зачем тащить на себе? Ты же в К-отдел, девочка?

Карина на «девочку» не обиделась.

— Да, брат Мефодий.

— Есть самодвижущаяся тележка. И можешь воспользоваться нашим грузовым лифтом, так быстрее.

— Спасибо! — обрадовалась Карина. Любовь инквизиторов к лестницам была общеизвестна. — Можно идти?

— Топайте, — разрешил Мефодий. — Рост, тебя Броня искал.

— Угу, — я направился к выходу из артефакторного. — Знаю.

Впереди меня ждал интересный разговор.

К которому я долго готовился.

Глава 14

— Рассказывай, — Бронислав вперился в меня тяжёлым взглядом.

У меня сложилось впечатление, что наставник не спал уже сутки-двое. Нормальный человек съедет кукушкой на этом фоне, но у одарённых есть свои преимущества. Особенно у высокоранговых. Мы можем прогонять через тело освежающие волны ки, смывать на хрен токсины и поддерживать себя в рабочем состоянии. Но не бесконечно. Всему есть предел.

Так вот, Бронислав явно себя не щадил.

Красные глаза, временами отсутствующий взгляд. Термос, запах свежесваренного кофе. И светящийся компьютерный монитор.

— Может, с тебя начнём? — перевожу я стрелки. — Что тут творится-то?

Инквизитор свинтил крышку, налил себе ещё кофе. По кабинету распространился бодрящий аромат хорошо прожаренной арабики. Никакого там молока и прочей ереси. Только чёрная кровь тёплых континентов.

— Мы добрались до Корвина, — каратель побарабанил пальцами по столу. — Потом до Гинденбурга. Сейчас эти ублюдки закрыты на одной из наших баз.

— Ты сказал — баз?

— У Паладинов есть свои базы, — нехотя пояснил Бронислав, — о которых даже руководство Супремы не знает.

— А протоинквизитор?

— Догадывается. Но закрывает глаза. Видишь ли, мы давно знаем, что в Супреме есть агенты тронутых. И не только в Супреме. И не только тронутых. Много веков назад это не прокатило бы, но времена меняются. Сам видишь — каждый гребёт в свою сторону. Если так дальше пойдёт…

Бронислав не стал продолжать.

Тяжело вздохнул и заговорил снова:

— Значит, так.