Изменить размер шрифта - +

      В  те  времена,  когда  я имел счастье быть сопричтенным к
Братству,  то  есть  непосредственно  после  окончания  великой
войны,  страна  наша  была  наводнена всякого рода спасителями,
пророками, последователями пророков, предчувствиями конца света
или упованиями  на  пришествие  Третьего  Царства.  Наш  народ,
получив  встряску  от  войны,  доведенный  до отчаяния нуждой и
голодом,  глубоко  разочарованный  кажущейся  ненужностью  всех
принесенных  жертв, был открыт для кошмаров больной мысли, но и
для каких-то подлинных восторгов  души,  кругом  появлялись  то
вакхические сообщества танцоров, то боевые группы анабаптистов,
появлялись  самые  разные  вещи,  которые  имели  то общее, что
говорили о потустороннем и о чуде, хотя бы и мнимом; влечение к
индийским, древнеперсидским и прочим восточным тайнам и культам
было тогда тоже широко распространено, и совокупность всех этих
причин повела к тому, что и наше Братство,  древнее,  как  мир,
показалось  одним  из  этих торопливо разраставшихся порождений
моды, и оно вместе с ними  через  несколько  лет  было  отчасти
забыто,  отчасти стало жертвой злословия. Для тех его учеников,
кто соблюл верность, это не может послужить соблазном.
      Как хорошо помню я тот час,  когда,  по  прошествии  года,
данного   мне   для   испытания,  я  предстал  перед  престолом
Высочайшего  Присутствия  и  глашатай  открывал   мне   замысел
паломничества  в  страну  Востока;  когда  же  я  предложил  на
служение этому замыслу себя  и  самую  свою  жизнь,  дружелюбно
спросил  меня,  чего  я  жду для себя от этого странствия в мир
сказки? Краснея, но с полной  откровенностью  и  без  стеснения
сознался  я  перед  собравшимися  старейшинами  в желании моего
сердца:  своими  глазами  увидеть  принцессу  Фатмэ.  И   тогда
глашатай,  изъясняя  жест  того,  кто  был  сокрыт под завесою,
ласково возложил руку мне на темя, благословил меня и  произнес
ритуальные слова, скреплявшие мое приобщение к Братству. "Anima
pia"2*,--обращался он ко мне, заклиная меня хранить твердость в
вере,  мужество  перед  лицом  опасности,  любовь  к собратьям.
Тщательно подготовясь за  время  испытания,  я  произнес  текст
присяги,  торжественно  отрекся  от мира и всех лжеучений его и
получил на палец кольцо, на котором были выгравированы слова из
одной чудной главы летописей нашего Братства:
      Все силы четырех стихий смиряет Оно одним явлением  своим,
Зверей лютейших покоряет, И сам Антихрист дрогнет перед ним 3
      Радость моя была тем больше, что немедленно после приема в
Братство   я   сподобился  одного  из  тех  духовных  озарений,
вероятность которых обещана новоначальным братьям  вроде  меня.
Едва  лишь, следуя повелению старейшин, я присоединился к одной
из групп, какие по всей стране собирались по десять  человек  и
пускались  в путь, дабы в совокупности образовать общее шествие
Братства,-- стоило мне сделать  это,  и  одна  из  тайн  такого
шествия  до конца раскрылась моему внутреннему взору.
Быстрый переход
Мы в Instagram