|
В то же время, никто и никогда и не узнает о том, что мы там были, а стюард заработает лишнюю пару сотен долларов на мелкие расходы. — С этими словами Марио обнял Иммакулату. — Мы с тобой вновь вернемся в ту нашу первую ночь после свадьбы.
Иммакулата посмотрела на мужа немного озадаченно.
— Но, Марио, разве ты не помнишь? В ту первую ночь после нашей свадьбы ты же просто-напросто заснул.
Оксфорд
В свой кабинет Ливингстон вернулся после двух часов дня. На его рабочем столе грудой лежали сразу несколько сообщений. Самое важное пришло от греческих властей. В нем Ливингстона просили перезвонить в Грецию. Он немедленно сделал это и узнал, что Камерона Хардвика действительно допрашивали в свое время в связи с убийством Элен Карвелус. Дело в том, что он служил официантом в одном из отелей города и за неделю до убийства нанимался, чтобы прислуживать на одном из больших приемов, организовывавшихся в особняке семьи Карвелус. Адреса нового местожительства Хардвика греческие власти сообщить не смогли.
Ливингстон повесил трубку и принялся размышлять. У него практически не вызывало сомнений то, что Твайлер и Хардвик должны были знать друг друга еще с Греции. Теперь же Хардвик плывет на “Куин Гиневер”. Уже через пять минут Ливингстон беседовал по телефону со служащими компании “Глобал Круиз Лайнз”, штаб-квартира которой находилась в Лондоне. Представившись, комиссар спросил:
— Есть ли у вас адрес некоего Камерона Хардвика, который в настоящее время плывет на вашем круизе на корабле “Куин Гиневер”?
— Разумеется, этот адрес должен у нас быть. Подождите секундочку, сэр, — ответила женщина с достоинством, но в то же время вполне дружелюбно.
Пока Ливингстон ждал, он думал над тем, сможет ли на каком-то этапе круто закрутившегося расследования перекусить, перехватить где-нибудь хотя бы бутерброд. С раннего утра он абсолютно ничего не ел.
Женщина с полным достоинства голосом вновь взяла трубку.
— Так, вы меня слушаете? У меня тут в списке значится некий Камерон Хардвик. В качестве своего адреса он оставил нам номер почтового ящика в Нью-Йорке.
— И все?
— Да, сэр. Только это. Так что извините. Ливингстон собрался было повесить трубку, как вдруг еще одна мысль пришла ему в голову.
— А он вам дал какой-нибудь местный номер телефона, по которому с ним можно было связаться перед отправкой корабля?
— Да, действительно он оставил номер. Мы всегда просим пассажиров давать нам такие номера, чтобы иметь возможность предупредить их в случае задержки отплытия или других подобных обстоятельств.
Ливингстон записал номер телефон. Судя по номеру, он был зарегистрирован где-то в районе Хайгейта.
Хайгейт, небольшой городок, располагался всего в тридцати милях от Оксфорда.
— Спасибо. — Ливингстон быстро повесил трубку и тотчас же перезвонил по полученному номеру телефона. С волнением он ждал, что кто-нибудь ответит. Но ответа не было. Телефон прозвонил шесть раз, потом семь, наконец, на том конце провода кто-то поднял трубку. Голос был старческий.
— Гостиница “Барлейнек Инн”. Мейсон Хикс к вашим услугам. Да, да. Чем могу вам помочь? О Боже! Подождите секундочку.
Ливингстон удивленно уставился на трубку телефона.
— Хорошо, подожду. — При этом комиссару было прекрасно слышно, как на другом конце провода кто-то извинялся перед другим человеком, явно высказывавшим свое недовольство по какому-то поводу.
— Ой, Боже! Неужели ваш чай не был достаточно горячим? Извините. |