— Еще бы! Мы с ними действительно болтаем без умолку, — тут же согласилась Клер. — Знаешь, мне кажется, что коли Филипп все так прекрасно оформил снаружи, в саду, то старушка и сама могла бы взяться за внутреннее убранство. А то вот тут все совсем пообтрепалось, и здесь тоже не слава Богу. Что ж, может быть, когда Филипп женится, его жена займется благоустройством дома.

 — Вообще-то тут мало чего принадлежит лично ей, чтобы еще что-то благоустраивать, — заметила Риган.

 — Ты же знаешь, что именно я имею в виду. Филипп уже практически поселился в этом доме, который рано или поздно будет принадлежать ему. Учитывая же бурное строительство, ведущееся в округе, это поместье со временем вообще может превратиться в настоящий оазис посреди небоскребов. Интересно, неужели Филипп все свои сто акров собирается превратить в сад. Ой, смотрите, а вот и он! Легок на помине. А с ним, видимо, его избранница.

 Все бросились к дверям. Вероника торжественно прокричала:

 — Вот он, мой дорогой мальчик! Мы все ждем тебя, ждем, чтобы услышать то, что ты собираешься нам сказать.

 Филипп сильно покраснел, буквально до корней уже редких волос.

 — Бог мой, мне к-к-кажется, ты, тетушка, давно уже всех об этом оповестила.

 Риган помнила, что от волнения Филипп начинал заикаться. Стоявшая рядом с ним женщина, наоборот, держала себя поразительно спокойно. У Вэл Твайлер были песочного цвета волосы, почти такие же, как у Филиппа, болезненного вида лицо и светло-карие глаза. Черты лица заострены, фигура упругая, но немного угловатая. На невесте были светло-коричневая габардиновая юбка, белая блузка с длинными рукавами и бежевые туфли на низком каблуке. Улыбка, которой девушка ответила на приветственные возгласы Вероники, обнажила широкие крепкие зубы и придала ее лицу лошадиные черты. Правда, когда Риган представляли Вэл, та ответила с искренней теплотой.

 — Филипп и Вероника порекомендовали мне прочитать все книги вашей мамы. И я получила большое удовольствие.

 Филипп обнял Риган и Кит.

 — “Сент-Поликарп” так и не оправился от потери таких учениц, как вы.

 Девушки поздравили жениха с помолвкой.

 — Я, честно говоря, не особо себе представляю, что за муж из меня получится, — ответил он, нервно посмеиваясь. — Но Вэл — прекрасная девушка!

 Горничная обходила гостей, держа поднос с канапе. Наибольший интерес к угощению проявила, конечно, Пенелопа Этуотер.

 — Неудивительно, что она все время страдает от изжоги, — заметила Риган, обращаясь к Кит. — Она просто обжирается всеми этими отвратительными закусками, плесневелым паштетом. Что ж, если она съест все эти канапе, то никто и не заметит, что, кроме нее, ни один человек толком к ним и не притронулся.

 Автобусы должны были отвезти всех обратно в “Сент-Поликарп” в восемь вечера на организуемый там торжественный обед. Без десяти восемь гости стали прощаться. Риган пожелала доброго путешествия двум пожилым дамам. При этом она молила Бога, чтобы они как-нибудь не проведали, что ее мать поплывет с ними на одном корабле.

 Зазвонил телефон и горничная позвала Филиппа.

 — Я попросила перезвонить минут через пять, но они сказали, что это очень важно.

 Вскоре Филипп вернулся. Лицо его заметно побледнело.

 Боюсь, что у нас возникла п-п-проблема, — признался он. — Сюда направляется комиссар полиции. Он хочет поговорить с нами.

 Со всех сторон посыпались удивленные вопросы, на которые Филипп ответил тихим голосом:

 — Дело в том, что все вы учились с ней в одном классе.