— Я уверена, что эта леди — замечательная женщина, — сказала Нора, — но мы в самом деле поплыли в этот круиз для того, чтобы немного отдохнуть и побыть вдвоем.

 Гевину показалось, что он вдруг умер и попал прямиком в рай. Дочь Норы Риган Рейли оказалась никем иным, как той самой молоденькой компаньонкой леди Экснер! И именно они занимают теперь “Камелот Сьют”. Теперь для него не составит ни малейшего труда подружиться с ними.

 — О, я прекрасно понимаю стоящую перед вами дилемму. Просто вы, мои знаменитые друзья, хотите покоя и уединения.

 “Мои знаменитые друзья? Вот это здорово, — подумала Нора. — Ловко. Собственно только такие знаменитые люди его и интересуют, этого Гевина. Можно подумать, что он был ведущим популярнейшего “Тунайт-шоу”, а не какой-то там дешевенькой радиопередачи, у которой и слушателей-то бывало три с половиной человека”. Норе однажды пришлось поучаствовать в передаче Гевина, и она прекрасно помнила, что половину эфирного времени он потратил на то, что упрашивал аудиторию хоть разок позвонить в студию и задать хоть один вопрос. Люк и Риган, конечно, готовы были позвонить, но за полчаса передачи они так и не смогли узнать нужный телефон. “Что же касается покоя и уединения, то о них можно теперь забыть, — продолжала размышлять Нора. — Гевин не сможет сохранить тайну, все равно проболтается. Ему ведь страшно нравилось первым сообщать горячую новость”.

 Гевин склонился над столом, как бы спрятав лицо от посторонних глаз и чересчур заговорщически подмигнул Норе и Люку.

 — Это будет наш маленький секрет, — заверил он их. — Кстати, мне так кажется, что меня усадили как раз за их столик. Так что можете сказать дочери, что я буду рад сопровождать леди Экснер на все подряд развлекательные мероприятия. Да, знаете? Тут плывет с нами одна женщина — медиум, которая очень нравится пожилым людям. Они буквально валом валят на ее сеансы. Никак не пойму почему. — Гевин выпил содержимое своего бокала и разразился своим отрепетированным смехом ведущего радиопередачи. — Эта медиум специализируется на предсказании будущего. Учитывая же, что большинство ее клиентов выглядят так, как если бы им не суждено было дотянуть до окончания нашего плавания, то и просьбы, обращенные к ней, чаще всего касаются наиболее удобоваримых блюд в меню ресторана на следующий вечер и тому подобное. — Гевин поднялся. — По-моему, этой предсказательнице стоило бы сконцентрироваться на другой теме. Например: когда и кому из этих старушенций потребуются услуги таких контор, как ваша, Люк? А? Разве я не прав?

 “Конечно, не прав, — про себя ответил Люк. — Если кто и смахивает тут на покойника, так это ты!”

 

* * *

 “И зачем я только ввязалась в эту историю”, — сокрушалась Риган. Неприятности следовали одна за другой. Вот и сейчас она никак не хотела присутствовать при том, как метрдотель обнаружит, что Вероника своей сигаретой прожгла спину его пиджака. Метрдотель, конечно, вспомнит, что произошло это именно тогда, когда он наклонился к плану, чтобы посмотреть, за каким столиком разместить двух дам.

 Ничего не подозревающий метрдотель еще тогда улыбнулся и сказал:

 — Следуйте за мной, прекрасные леди.

 Когда леди Экснер и Риган подошли к своим местам, за столиком, вернее, просторным круглой формы столом уже сидели три человека: супружеская пара, тепло поприветствовавшая вновь прибывших, и тощая, как рельс, но очень модно одетая, сильно поседевшая блондинка, которой могло быть и пятьдесят, и уже ближе к шестидесяти.