“Все, я скоро не выдержу, — с отчаянием думал Гевин. — Пусть это будет моим последним круизом! Пожалуйста, пусть будет так! Хорошо еще, что моя карточка быстро заполняется, невычеркнутых осталось всего два номера”. После объявления следующей цифры Гевин энергичным движением руки заштриховал предпоследнее число. Тут раздался крик. Это кричала вечно веселая леди Экснер: “Ой! Милые мои! Бинго! Разве это не чудо?!” “Богатые богатеют”, — грустно заметил про себя Гевин. А леди Экснер тем временем буквально в пляс выскочила к микрофону, размахивая в воздухе своей карточкой.

 Пока Вероника тискала в объятиях директора круиза, Ллойд Харпер проверил ее карточку и объявил, что она действительно выиграла 462 доллара. В зале раздались коротенькие и жиденькие аплодисменты, все повставали с мест. Многие бормотали себе под нос про то, что они обязательно вернутся завтра и уж тогда точно выиграют кучу денег.

 — Я же тебе говорил, что надо было мне купить еще пару карточек, — отчитывал свою жену один пожилой мужчина. — Эта старуха была в очереди как раз за нами, и я тогда точно бы купил одну из ее карточек, которая выиграла.

 — Да помолчи ты, Генри, у тебя всегда я виновата, — прошипела в ответ женщина. — К тому же у тебя и без того куча денег, ты и так не знаешь, куда их девать. Причем тебе и в голову не приходит хоть немного из них потратить на меня.

 Вероника тем временем беседовала с Дунканом в центре зала, а Ллойд отсчитывал ее выигрыш.

 — Знаете, — заметил Дейл, — я так и думал, что именно она купит выигрышную карточку. Правда, я рассчитывал, что она ее отдаст мне. Кстати, Риган, она говорила мне, что хочет купить кое-что из антиквариата для своего поместья в Ллевелин-холле. Она это серьезно или же сказала просто так, как говорят многие на коктейлях?

 — Не знаю. Видите ли, леди Экснер уже десять лет как планирует заменить у себя водопровод и электропроводку, но так и не сделала ни того ни другого. В ее доме надо быть Марко Поло, чтобы найти единственный функционирующий туалет. И даже он потом ревет минут двадцать после того, как вы спустите воду. Вероятно, говорила она все-таки серьезно, но я сомневаюсь, что у нее когда-нибудь дойдут руки до сколь-либо реального обновления обстановки в своем поместье.

 — Понятно, — вздохнул Кеннет. — Так, вот приближается и объект нашего разговора. Леди из-за которой мы собирались было вновь отправиться в Лондон этой осенью.

 — Идея вообще-то была неплохая, — согласился Дейл, — но я все же сомневаюсь в возможности осуществить ее. А где точно в Оксфорде находится Ллевелин-холл?

 — В районе частных вил и поместий, — ответила Риган.

 — О, это красивое место. А сколько у нее земли?

 — Где-то чуть больше пяти сотен акров.

 — Вы шутите? — У Дейла перехватило дыхание.

 — Нет, почему вы так решили?

 — Лет шесть назад я работал с одним дизайнером по интерьерам, который занимался обстановкой в одном из поместий в Оксфорде. Так вот, я знаю, что и двадцать акров в тех местах стоят огромных денег. Что ж, у Вероники есть такие большие деньги? И она прыгает от радости, выигрывая каких-нибудь несколько сотен долларов?

 — Дело в том, что Вероника и ее племянник, наверное, являются самыми “не от мира сего” людьми, которых я в жизни встречала, — пояснила Риган.