|
А как жить без нее будешь, подумал? Ведь давно же понял – твоя это женщина, твоя! Потому и злишься. Здоровым – то ради нее захотелось стать, факт. Как это она тогда его спросила? Хочет ли он стать мужчиной? Хочет, еще как хочет! И, чтобы она, Антонина, блин, Игнатьевна, в этом становлении принимала самое непосредственное участие! И, чтобы от вида ее обтянутого халатиком тела не только голову туманило, а и… Но встать нужно сначала хотя бы на ноги. Да чтоб руки слушались. А как без нее у него получится? Да никак! Что делать – то теперь?» – Иван устало прикрыл глаза. Не было ни злости, ни отчаяния. Тупо било в висках, и слезились глаза. Мерзкий солено – кислый комок стоял в горле. Не было сил ни сглотнуть его, ни убрать усилием воли. Иван понимал, что этот ком состоит из стыда и страха. Стыда за себя, и страха за нее. «Если я все это чувствую, значит ли это, что я жив?», – задал он себе вопрос. «Жив – жив – жив…», – играла у него в голове вконец заезженная пластинка.
Глава 58
Валентина Прокофьевна вертела в руках именной пистолет мужа и силилась припомнить, когда в последний раз его видела. И не могла. Ей казалось, что он лежал на своем месте всегда, и вчера, когда она вытирала пыль. Стоп! Внутрь ящика она не заглядывала. Залежи в ящиках она разбирала только месяц назад. Она вынула коробку, выбросила кучу мелких бумажек, протерла внутри ящика влажной тряпкой и положила коробку на место. Но коробку не открывала! Зачем Лерке отцовское оружие? Она и стрелять – то толком не умеет. Романов, правда, пытался ее водить в армейский тир, но сам же потом со смехом рассказывал, как она визжала при каждом выстреле! Что она задумала? Или уже?… У Валентины Прокофьевны от страха екнуло в груди. «Надо звонить Егору. Петр может приехать и не сегодня, а нужно что – то делать», – мысль о зяте придала ей сил. Она протянула руку к телефону и хотела уже снять трубку, как он зазвонил сам. – Егор? Слава, Богу, – она и сама не могла себе объяснить, почему сразу поняла, что звонит бывший зять, – У нас беда. Ты можешь приехать? Как в больнице? Ранен? Хорошо Егорушка, я сейчас соберусь, приеду к тебе сама. Кузьмин подъедет за мной? Да, я жду. До свидания Егорушка. Все страшное уже произошло. Ее дочь сошла с ума. Конечно, это она стреляла в бывшего мужа. Но почему? В последние годы Лера совсем перестала обращать на него внимание. Развод, как думала Валентина Прокофьевна, Лера пережила безболезненно. Уж она – то следила за дочерью, боясь срыва. Но нет. Месяц, другой – и Лера перестала даже упоминать его имя. Почему сейчас, когда прошло больше полугода, она вдруг решилась на такое? Что ее подтолкнуло? Могла узнать, что у Егора появилась женщина. И что? Он никогда не скрывал, что погуливает. И Валентина Прокофьевна ни разу не упрекнула его за это. А Лерке и вовсе было все равно. Так что же произошло? Валентина Прокофьевна переоделась в платье и взяла из спальни сумочку. В кухне она положила в пакет пирожков и налила в бутылку деревенского молока. Когда раздался звонок в дверь, она была уже практически готова к выходу.
Глава 59
– Галь, ну как там Маришка? – Беркутов неловко повернулся в кровати, пытаясь сесть. – Уже нормально. Знаешь, она такая…взрослая. И сильная! – Галина вспомнила, как проплакавшись, Маринка совершенно спокойно сказала: «Ну, и Бог с ним. Только давай, мамочка, больше о нем не говорить, ладно?» Алевтина, стоя со шприцем в руках около Маришкиной кровати, только покачала головой. Укол не понадобился, Маринка опять заснула. – Сильная? Да уж, есть в кого! Помню, на даче… – Беркутов! Ну что ты за человек?! Ты мне эту дачу теперь всю жизнь припоминать будешь? – А ты, женщина, выдержишь со мной всю жизнь? Я теперь собираюсь жить долго. |
