- Ну не одна у тебя будет линия, а полторы. Справишься, вон бугай какой здоровый! - с тихой завистью сказал Смирнов.

- Ребятки, - воспользовавшись паузой, задушевно обратилась к распетушившимся от азарта мужикам Лидия Сергеевна. - Пока вы тут шашками махали, я вдруг поняла одно: не могут уголовники даже в союзе с уволенными ментами самостоятельно проворачивать столь дорогостоящие операции. И тем более не могут только одной грубой криминальной силой заставить весьма состоятельных дельцов шоу-бизнеса работать на них. Их мощно финансируют. Кто?

- Шестая линия, - обреченно вздохнул Сырцов.

- Пора старую гвардию вводить в бой, - решил Смирнов.

- Наполеон при Ватерлоо! - восхитилась Лидия Сергеевна.

- При Аустерлице, - поправил Дед, - ибо мы должны выиграть эту битву.

- И говорит, как в той эпохе! - умилилась она. - Как торжественно прозвучало "ибо"!

- Лидка! - прикрикнул Смирнов. - Кто ты есть? Жена. И молчи в тряпочку...

- А они согласятся? - прервал его Сырцов.

- Куда им деваться? - недоумевающе ответил Дед.

Старой гвардией Смирнов называл с титешных лет младшего своего известного журналиста-международника Спиридонова, в молодости соратника по муровскому бытию, а ныне народного артиста России кинорежиссера Романа Казаряна и Витеньку Кузьминского, конечно.

Действительно, куда им деваться? Старый хромой черт заставит кого угодно заполошно бегать по его указке. Особенно тех, кто безмерно любил этого старого хромого черта.

А они любили его, любили преданно и нежно, так, как любят люди свою неповторимую молодость, дела своей молодости, истинных друзей этой молодости.

- Для порядка их предупредить надо хотя бы, - недовольно сказал Сырцов, которому, с одной стороны, конечно, в одиночку хотелось справиться, но опять же, с другой, он понимал, что это будет по-настоящему неоценимая помощь. Связи Спиридонова и Казаряна, их знание людей из деловых и правительственных кругов, их умение анализировать и сопоставлять разрозненные, казалось, факты, выявляя общие причины и закономерности, помогут ему, Сырцову, без метаний и ученических поисков, выйти на людей, тайно финансирующих их подопечных. Ну а Витенька Кузьминский войдет куда можно и куда нельзя, всех очарует, всем заморочит голову, всех убедит в том, что он сам - балда и перезрелый плейбой, и все для того, чтобы выведать для него, Сырцова, необходимые сведения.

- Я их уже предупредил, Жора, - вкрадчиво сообщил Дед и улыбнулся.

- И?.. - спросил Сырцов, твердо зная, что "и" уже есть.

- И они приступили к осторожному зондажу. Ты думаешь, Лидка одна у нас умная, а я совсем наоборот? Я, конечно, валенок по сравнению с ней, но валенок до ужасти сообразительный.

- Опять ломается, - удрученно констатировала Лидия Сергеевна.

- Вроде все, - проигнорировал (сделал вид, что не услышал) выпад деловой уже Смирнов. - Что делать сегодня будем?

- Вы бы Дарью навестили. Ведь такое на несчастную девочку обрушилось!

- А ты?

- Я через часок подойду. Вас к вечеру сменю. А к ночи Ксюшка подъедет. На самое тяжелое - в ночи утешать.

- По-моему, в ночи Дарью утешать - прямая обязанность Жорки, - объявил Смирнов и, не сдержавшись, хихикнул.

- Не поняла! - грозно объявила Лидия Сергеевна.

- А что тут понимать? - придурился Дед. - Мне Берта надысь сообщила со стопроцентной гарантией достоверности, что ее Дашка неровно дышит к нашему Жорке.

- Ты, выходит, не только пошляк, но еще и сплетник, - огорчилась Лидия Сергеевна.

...Смирнова и Сырцова на крыльце Дарьиной дачи встретила сильно встрепанная Берта.

- Господи, как хорошо, что вы зашли!

- С Дашей худо? - быстро спросил Сырцов.

- С Дашей более-менее все в порядке.

- Тогда в чем дело? - в один голос осведомились гости.

- Только что Артем явился.