- Жора, - позвала она и встала. - Жора.

Он подошел к ней, взял за плечи. Она, дрожа, приникла к нему.

- Успокойся, Дашенька, успокойся, - просил он. И она, обняв его за шею, просила:

- Спаси меня от злодеев, Жора.

- Все будет хорошо, родная моя, - обещал он и тихонько раскачивался, успокаивающе баюкая ее. Она вздохнула, поднялась на цыпочки и, все же не дотягиваясь, за шею склонила его голову. Для того, чтобы поцеловать в губы. Поцеловала и полной своей беззащитностью навсегда закабалила его:

- Ты - моя единственная надежда, Георгий, - и еще раз поцеловала. Долго.

Задохнувшись, они оторвались друг от друга.

- Даша, - не зная, что сказать, просто произнес ее имя Сырцов.

- Я понимаю, я все понимаю! - лихорадочно заговорила она. - Ни ко времени, ни к месту, ты прости меня, прости!

Она толкнула его в грудь, отрываясь от него, отбежала к окну и заплакала.

- Не надо, Даша, - попросил он.

Она рывком обернулась:

- Не буду, не буду. Все, все! Пойдем, я тебя провожу.

- Куда? - изумился он.

- С глаз моих долой! - горько пошутила она и подхватила его под руку.

Они спустились по лестнице, вышли во двор и уселись на скамейку у крыльца. Она виском прилегла на его плечо и тихо гладила его руку. На крыльцо из дома вышел Смирнов и, увидев их, заорал:

- Хай класс, мальчики и девочки!

- Значит, хорошо сыграли? Нигде не наврали? - странным голосом спросила Дарья, не поднимая головы с сырцовского плеча.

Смирнов вынул из уха изящную радиопуговицу, подкинул ее на ладони и похвалил своего любимого Вадика:

- Ну, рыжий, ну, молодец! Такую мне контрольную прослушку обеспечить!

- А мы? Мы - молодцы? Мы хорошо сыграли? Нигде не наврали? - уже злобно повторила Дарья, выпрямившись и ненавистно глядя на Смирнова. Поначалу Дед не разобрался и бойко ответил:

- Система Станиславского! Качалов и Книппер-Чехова! Партер в моем лице рыдал и плакал! - Но, ненароком увидев ее лицо, вмиг сменил пластинку. Спасибо тебе, Даша. Я понимаю, как тебе сейчас тяжело, и поэтому спасибо вдвойне. За помощь, за поддержку, за сочувствие.

- То, что сказал Георгий про Артема, правда? - требовательно спросила Даша.

- К сожалению, правда, девочка.

- Он не может ошибаться?

- Он редко ошибается.

- Значит, вы специально договорились с Жорой не сообщать мне об этом заранее, чтобы я случайно не сфальшивила, узнавая не новую для меня новость? Вы с Жорой экспериментировали надо мной, как академик Павлов над собаками?

- Даша, - жалобно попросил неизвестно о чем Сырцов. Не услышав его, Дарья давила Смирнова:

- Я вас спрашиваю, Александр Иванович!

- Мы на всякий случай подстраховались, - виновато промямлил Дед.

- Спасибо за откровенность. - Даша встала. - Запись в доме выключена?

- Давно! - поспешно ответил Дед.

- Тогда я пойду к себе. Отдохну. - Она, стараясь не задеть Сырцова, обошла его по широкой дуге. Он успел спросить у ее спины:

- От нас?

- И от вас тоже, - ответила она, не оборачиваясь, и скрылась в доме.

Смирнов заменил ее на скамейке и сказал, чувствуя себя виноватым и перед Сырцовым:

- Неловко все как-то получилось. - Понимал, что отдуваться-то Георгию.