– Пора так пора, – покладисто согласился Ирхада. – пусть только помощников себе выберет. Да.

    – Помощников? – поневоле вырвалось у меня. – Для чего? Каких?

    Ахану устремил на меня неприятный жесткий взгляд.

    – А таких, которые могут помочь, – непонятно объяснил он.

    – Которым за тебя жизни своей не жаль, – добавил Ниран.

    – И за которых тебе своей жизни не жаль, – заключил Хайет.

    Ирхада молчал.

    Меня будто холодом обдало. Жизни чтобы не жаль… да по какому праву можно требовать, чтобы учеников моих – не мастеров ведь покуда, а учеников! – подвергали смертельной опасности! И кто – я, их мастер, чтобы подвергал! Эй, Кинтар – которым учеником ты пожертвуешь, не колеблясь? Которой руки, которого глаза тебе не жаль?

    И ведь я даже не знаю, что за опасность поджидает тех, чьи имена я назову! От ведомой угрозы можно придумать, как спастись – но что делать с незнаемым лихом? С ним мог бы справиться мастер – но не ученик… впрочем, среди моих учеников есть один мастер. Я перед ним и так в неоплатном долгу – велика ли беда, если я именно с ним и умру плечом к плечу?

    – Младший ученик Дайр Тоари, – медленно произнес я. – И…

    Замешкался я, замешкался, выбирая, кто будет тем самым «и». А выбирать-то не из кого. Вот оно, то самое «и» – в дверях стоит и на меня смотрит. И лицо у него такое, что мне живьем в землю лечь, и то бы, кажется, легче.

    Я могу, я посмею позвать Дайра Тоари встать рядом со мной у последнего рубежа. Но я не могу, я права не имею тянуть за собой Майона Тхиа! Наглеца и пройдоху, беспечно и беззаветно храброго Тхиа… мальчишку, младшего ученика… моего названного младшего брата… один раз я едва уже его не убил – неужто не довольно? После всего, что я ему сделал…

    Вот после всего, что я сделал, у меня и выхода-то иного нет. Назвать его – все равно, что убить… но не назвать – хуже, чем убить. Я не знаю, что за смертельная опасность поджидает меня и тех, кого я назову – но какой бы она ни была, Тхиа к ней не готов. Он не готов, он не может, он не умеет… и я не должен… но у меня нет выбора. Я не могу отказать ему – такое оскорбление хуже смерти. Он доверился мне всей душой… и я не могу в эту душу плюнуть отказом. Я не могу запретить ему отшвырнуть всю свою непрожитую жизнь, словно ненужную ветошь и последовать за мной.

    Хотя бы потому, что он меня не послушается.

    Тхиа воздвигся в дверях, и выражение его лица было странно зыбким, одновременно готовым и просиять радостью, и скривиться презрительным неповиновением, а то и вспыхнуть гневом.

    Ты не откажешь , говорили его глаза. Ты не посмеешь назвать другого.

    Я обреченно вздохнул.

    – Младший ученик Майон Тхиа, – поинтересовался я самым ровным голосом, на какой только был способен. – Тебе когда-нибудь говорили, что подслушивать нехорошо.

    – Да, мастер, – твердо и решительно ответил Тхиа. – Но я все равно буду.

    Хайет сдавленно не то хмыкнул, не то и вовсе рассмеялся.

    – И младший ученик Майон Тхиа, – произнес я.

    – А что, – раздумчиво молвил Ирхада.