Паркер чиркнул спичкой.

— Нужна дьявольски быстроходная лодка, — сказал он, — чтобы обогнать торпеду.

— У нас есть такая. Сорока пяти узлов достаточно?

— Достаточно, — согласился Паркер и выпустил изо рта клубы голубого дыма.

Истмэн с неудовольствием понюхал воздух и стал с подветренной стороны. — Что это вы курите? Старые носки?

Паркер добродушно улыбнулся.

— Что, уже нервничаете? — Он снова затянулся. — Интересно, куда отправился Майк сегодня утром?

Истмэн уставился на горизонт.

— Босс захотела его увидеть, — сказал он мрачно.

— Зачем? — удивился Паркер.

— Зачем? Тайна мадридского двора! — воскликнул Истмэн язвительно. — У этой суки течка.

Паркер неодобрительно хмыкнул.

— Нельзя так говорить о своем боссе, — заметил он. — Вы что, хотите сказать, что… она и Майк… это самое… э-э-э?..

— Да они уже сейчас кувыркаются в постели, — со злобой выкрикнул Истмэн и хлопнул кулаком по поручням.

— Джек! Вы, оказывается, ревнуете, — сказал Паркер, не скрывая удовольствия.

— К черту! — сказал Истмэн. — Меня не колеблет, какие приключения ищет эта вертихвостка на свою жопу, но лучше бы она не смешивала свои удовольствия с делом. Это может выйти нам всем боком. Ей не следует…

Он осекся, и Паркер невинно спросил:

— Ей не следует, что?..

— Ничего, — отрезал Истмэн и зашагал по палубе прочь.

Эббот застегнул рубашку и, наклонясь над растерзанной постелью, взглянул в иллюминатор. «Чего не сделаешь в интересах дела», — подумал он и посмотрел на часы. Они были в море уже больше двух часов. Из помещения рядом с каютой послышался плеск воды — Жанетт принимала душ. Через некоторое время она появилась, мокрая и нагая. Бросив ему полотенце, она скомандовала:

— Вытри меня.

Энергично растирая ее, он вдруг вспомнил, как в детстве захаживал в конюшню своего деда, и там старый Бенсон обучал его премудростям конюшенного дела. Он даже перенял у него привычку насвистывать, ухаживая за лошадьми. И сейчас, вытирая Жанетт, он свистел и размышлял, что старик сказал бы об этой шустрой кобылке.

— Тебя что-то в последнее время не видно было, — сказал он. — Я думал, что буду видеть тебя чаще.

— Меня нельзя было видеть чаще.

— А что ты делала в Штатах?

Она вся напряглась.

— А откуда ты знаешь, что я была в Штатах?

— Истмэн сказал.

— Он слишком много болтает. — После паузы она сказала: — Что я там могла делать? Готовилась.

— Успешно?

— Вполне. — Она выскользнула из его рук. — Я собираюсь получить крупную сумму денег.

Эббот ухмыльнулся:

— Я знаю. Я все стараюсь придумать что-нибудь, чтобы и мне обломилась доля побольше.

Она пошла в другой конец каюты, и он мог рассмотреть ее стройное тело, ровно покрытое загаром. На нем не было ни одной белой полоски, так что утреннее бикини казалось явной уступкой приличиям, неизвестно только, ради кого. Ради Фуада? Это было бы просто смешно.

Она с улыбкой повернулась к нему.

— Это вполне возможно, — сказала она, — если испытания пройдут успешно. — Она нацепила на себя маленькие трусики. — А что ты думаешь о Джеке Истмэне?

— Он производит впечатление крутого парня, — сказал Эббот с некоторой осторожностью.