— Меня зовут Элвин Писарь, — крикнул я в ответ, повысив голос и наполовину обернувшись к теперь уже пристально наблюдавшей толпе. — Солдат роты Ковенанта, и слуга Воскресшей мученицы Эвадины Курлайн, осенённой благодатью Серафилей!

— Ложь! — Герцог махнул рукой на меня. — Ложь и ересь! Вы! — Он замахал рукой на кордон герцогских солдат. — Связать этого человека! Он тоже встретится с правосудием…

— СТОЯТЬ!

За эти годы голос сэра Алтуса не утратил ни капли своей командирской силы. Солдаты герцога, хоть и не служили под его знамёнами, резко замерли. Рыцарь-командующий медленным, размеренным шагом пошёл к лестнице эшафота, держа шлем под рукой и положив кисть на рукоять меча. Он не отводил от меня взгляда, даже когда герцог Эльбин схватил его за руку и пробормотал что-то яростное, чего я не разобрал. Однако я расслышал ответ сэра Алтуса:

— Заткнись, дерьмо беспомощное.

Тем же неспешным шагом он спустился по ступенькам, выкрикивая приказы, в ответ на которые пара десятков королевских солдат бросились оттеснять толпу назад. Расчистив приличное пространство, они встали вокруг нас кордоном, отгоняя алебардами уже весьма заинтересованных собравшихся.

— Неплохие доспехи, — прокомментировал сэр Алтус, останавливаясь в дюжине шагов от меня. — Где украл?

Он безрадостно улыбнулся, и я вернул улыбку в полной мере.

— Это был подарок.

— Тогда жаль будет их запачкать. — Он надел шлем и стал завязывать лямки. — Значит, месть? — спросил он. — Как я понимаю, за позорный столб и за Рудники.

— Я здесь не ради вас. — Я надел свой шлем — единственную часть доспехов, не взятую у Уилхема. Его шлем оказался слишком маленьким для моей головы, поэтому пришлось ограничиться менее качественной заменой, утащенной Суэйном с Поля Предателей. Шлем был довольно крепкий, но без полного забрала, а лицо защищала решётка из четырёх железных зубцов.

— Значит, из-за неё? — Сэр Алтус кивнул на Эвадину, отстёгивая меч, и вытащил его из ножен. — Ты и правда воображаешь, что она та, кем себя называет?

— Я воображаю, что её стоит спасти. — Я опустил свой меч, не утруждаясь традиционным салютом. Я знал, что он всё равно не отсалютует в ответ. И к тому же, у меня не было никакого желания воздавать почести этому человеку. — И знаю, что вас стоит убить.

По его лицу промелькнула тень интереса, но глаза оставались суровыми.

— На этот раз щадить тебя не буду, мальчик. Мои долги перед Декином оплачены, и я ничего тебе не должен.

— Наоборот, милорд. — Я взялся обеими руками за меч и наполовину пригнулся, как учил Уилхем. — Вы должны кровь, и не только мне.

— Ладно, — сэр Алтус вздохнул, отбросив пустые ножны, и опустил забрало, — быть посему.

Он атаковал без дальнейших преамбул или осторожного кружения в поисках прорехи — просто поднял клинок на уровне плеч и напал. Благодаря урокам Уилхема я знал, что такую тактику часто практикуют против рыцарей-новичков на турнирном поле. Природный инстинкт требовал парировать меч и оказаться открытым для удара коленом в пах или крепкого пинка по голени. Уилхем несколько раз ронял меня такой хитростью, пока я не выучил урок. И потому не стал отбивать меч рыцаря-командующего, а отошёл влево и ударил своим ему по забралу.

Он пригнулся, прежде чем кончик отыскал щель, и клинок оставил царапину на его доспехах. Я поднял меч и резко рубанул его по плечу, но он слишком быстро отшатнулся и не подпустил к себе ударом мне в ноги.

— Немного подучился, а? — Из-за забрала его голос звучал словно металлическая насмешка.