— Ну, значит, это платок невообразимой красоты.

14

Аркадию звонит Миша Микоян и просит приехать в старую церковь на улице Серафимовича — у него к нему крайне важное дело. Аркадий едет, захватив по дороге Уильяма Кервилла. Миша говорит, что к ним сюда должен подъехать адвокат Зои, ведет себя очень странно и явно тянет время. Они вспоминают свое детство. Аркадий, догадываясь, что это ловушка, прямо спрашивает об этом Мишу. Тот не выдерживает, так как искренне привязан к Аркадию.

— Боги! — прошептал Миша.

— От кого?

— Быстрее. Они поехали за головой.

Аркадий острожно выскальзывает из церкви. Идет проливной дождь. Он прыгает в машину и мчится к Институту этнографии. Там у подъезда он видит отъезжающую черную "Волгу" и узнает в водителе рябого. "Спасибо, Миша!" думает он. И начинает проследовать "Волгу". На вопрос: Кервилла он отвечает, что водитель "Волги" украл слепок головы Валерии и он хочет узнать, дли кою и для чего. А потом явится с парочкой милиционеров и арестует их за кражу государственного имущества.

— Вы же говорите, что это КГБ! Вы не можете их арестовать.

— Нет, это не операция КГБ. Дело у нас просто забрали бы, Вещественных доказательств они не крадут. И трупы в парке были бы обнаружены на следующий же день. Так КГБ не работает. По-моему, один майор КГБ с парочкой подручных затеял какую-то авантюру и кого-то прикрывает за взятку. КГБ не жалует предателей в своих рядах. В любом случае Московская городская прокуратура от них не зависит, а я еще пока старший следователь. Сейчас я вас высажу,

Рябой водитель "Волги" не снисходил до того, чтобы поглядеть в зеркало заднего вида. "Уверен, что за ним не посмеют следить", — подумал Аркадий.

— Нет, я прокачусь с вами, — сказал Кервилл.

Следуя за "Волгой", они выезжают из Москвы.

— Это что за место? — спросил Кервилл.

— Серебряное озеро.

— А этот ваш — всего лишь майор? Ну, так мы вряд ли к нему едем.

Аркадий сворачивает в заброшенный сад, и они, бесшумно выбравшись из машины, крадутся между деревьев к соседней даче. Аркадий начинает подбираться к ней по-пластунски.

Метрах в тридцати перед собой он увидел угол дома, черную "Волгу", "Чайку", рябого и… прокурора Москвы Ямского. Рябой подал ему картонную коробку, Ямской полуобнял его за плечи и, что-то тихо говоря, но с обычной своей властной самоуверенностью, повел по тропке к берегу. Аркадий незаметно следовал за ними. Рябой остановился, а прокурор отправился к сарайчику и вернулся с топором. Рябой вытащил из коробки слепок головы Валерии Давыдовой и положил на колоду для рубки дров. Ямской занес топор и расколол ее пополам. Составил половинки, расколол и продолжал ловко орудовать топором, пока от головы не остались

лишь мелкие осколки. Их он обухом разбил в пыль, а пыль сгреб в коробку. Рябой отнес коробку к воде и высыпал пыль в воду. Стеклянные глаза Валерии и парик прокурор подобрал и сунул в карман.

Кервилл требует, чтобы Аркадий назвал ему убийцу брата. "Смиритесь, Ренько, это дело у вас уже отобрали — прокурор и я!" Затем Кервилл признается, что ненавидел Джимми, и уходит ждать в машину.

Стало быть. Ямской, думал Аркадий. Теперь все встало на свои места. Ямской не допускал до этого дела никого, кроме следователя Ренько. Ямской вывел его на Осборна. И Приблуда не выслеживал Пашу и Голодкина. У них просто не хватило бы времени убить их и вынести ларь. Чучин сообщил Ямскому, что он допрашивает Голодкина, и у них было достаточно времени, чтобы унести ларь и устроить засаду.