– Почему? – встрепенулся Хармони.

– Полагаю, что вор еще не покинул сцену.

О'Брайен казался обеспокоенным.

– Но здание осматривали. Если вор остался внутри, это один из своих – охранник, персонал лаборатории психологии или кто‑то еще, кто находился здесь.

– Несколько инженеров были на пятом этаже.

– Хорошо. Нас всех обыскали, значит, вор не держит украденное вещество при себе. Оно может быть спрятано где‑то внутри здания.

– Возможно. Мы проверяем это, – Гриффин кивнул, собираясь с мыслями. – Хотя я не думаю, что это так. В подвале я обнаружил следы, указывающие на то, что вор пришел из игрового поля А. Это самое слабое звено в нашей системе безопасности. У нас превосходная охрана по периметру, но между игровым полем А и подвалом…

Он пожал плечами.

– Игроки настолько далеки от реальности, что мы никогда не ожидали угрозы с этой стороны. Но вор использовал пластырь. У каждого игрока есть аптечка… Скип, когда доставили экспериментальный образец?

– Три недели назад.

Гриффин размышлял вслух:

– Так… Лучше, если… Скип, а когда стало известно об этом?

– Еще за месяц.

– Вот где следует искать. Времени было более чем достаточно, чтобы информация попала к конкурентам. Они располагали временем, чтобы изучить нашу систему безопасности, нащупать слабое место и выяснить, какая игра будет проходить в нужное время в нужном месте. Потом… они изучили Мастера и определили людей, на которых он, скорее всего, остановится. Оставалось лишь сделать выбор из этого списка. Сложно, но за семь недель вполне возможно.

– Как ты себе представляешь, Алекс, что здесь произошло? – за спокойным голосом Хармони чувствовалось колоссальное напряжение.

– Прошлым вечером, примерно в девять часов, один из игроков в игровом поле А отделился от остальных и направился к северо‑западной части здания исследовательского комплекса, стараясь не столкнуться с рабочими, готовившими аппаратуру к следующему игровому дню. Он проник в технологический туннель и попал на нижний этаж здания, а затем по ступенькам или на лифте поднялся наверх. Там путь ему преградил Райс. Вор «отключил» Райса, либо придушив его, либо пережав сонную артерию, связал охранника, заткнул ему рот и без помех закончил свое дело.

– Значит, смерть Райса была случайной?

– Думаю, да. Зачем связывать мертвеца и затыкать ему рот? Главное, что убийца по‑прежнему участвует в игре. Если начать сейчас, то еще до утра мы можем собрать всех игроков и начать допрос.

Хармони поднял вверх толстый указательный палец.

– В данной ситуации возникают несколько проблем. Во‑первых, мы не можем допросить этих людей без их согласия и не привлекая представителей официальных властей. Они вправе потребовать своих адвокатов, и тогда появится возможность передать украденный образец. Если вору станет известно, что мы знаем о его участии в игре, то он вполне способен спрятать флакон с веществом на семистах сорока акрах игрового поля. Возможно, это уже произошло и мы никогда ничего не найдем. Кроме того, нельзя не принимать во внимание саму игру. Мы понесем огромные убытки, если лишимся этого химического вещества, но мы также потеряем… – он взглянул на лежащие на столе документы, – полтора миллиона долларов, уже вложенных в игру «Сокровища южных морей». Не говоря о двадцати двух миллионах прибыли, которые мы планируем получить от продажи фильма, книги, кассет.