Вор должен был обладать некоторым опытом, чтобы рассчитать время и выбрать подходящую возможность. Идеальный вариант – если он сам принимал участие в одной или нескольких играх в поле А Эта информация должна содержаться в их личных делах…

Алекс дважды видел Раиса за два или три дня, предшествовавшие… краже со взломом? Несчастному случаю? Убийству? Пусть пока будет «несчастный случай». Сорок восемь часов назад Райс заявил о проникновении к нему в квартиру. Около тридцати шести часов назад Алекс видел его в последний раз, когда охранник тащил багаж Лопесов. Его последние слова? «Увидимся позже, шеф».

Гриффин потер глаза, стараясь вспомнить. Через четыре месяца после устройства на работу в «Коулз Индастриз» Райс устраивал новоселье, довольно скучное мероприятие с массой официальных улыбок и не очень приличными выходками пьяных людей. Там было несколько моментов настоящего веселья, особенно когда Милли и один из техников сервисной службы пели дуэт «Малыш, на улице так холодно», в котором мужская и женская партии менялись местами. И еще небольшая стычка между… кто же это был? Кажется, Райс и кто‑то из работников костюмерного цеха, желавший что‑то купить…

Глаза Гриффина закрывались сами собой. Он тряс головой, борясь со сном. Он уже проигрывал сражения, когда зазвенел вызов интеркома.

– Гриффин, – автоматически откликнулся Алекс.

– Кажется, мы кое‑что нашли, шеф. Вы не можете зайти к нам на минутку? – голос Миллисент звучал взволнованно.

– Хорошо, – сам себе удивляясь, Апекс быстро вскочил. Он вышел из кабинета и опять оказался внутри голографического изображения гостиной Райса. – Что у вас тут?

Боббек повернул изображение на 360 градусов.

– Мы обнаружили некоторые изменения. Этот снимок сделан три часа назад. Раис привел все в порядок. Помните, он настаивал, что справится сам, и говорил, что ничего не пропало? Это могло быть ложью. Милли, покажи, пожалуйста, следующий кадр.

Изображение затуманилось, а затем появилось почти идентичная картина.

– Этот снимок сделан месяц назад. Видите статуэтку? – Боббек указывал на простую, но очень выразительную статуэтку примерно метр высотой. Это было изображение обнаженной женщины с приятным овальным лицом, сидящей на куске скомканной материи. – Ее нет на более позднем снимке.

– Правда, – заинтересовался Гриффин, а затем внезапно вспомнил: – Не эта ли статуэтка была предметом спора на вечеринке Райса между ним и какой‑то дамой из костюмерного цеха?

– Миссис Кокубаи, – кивнула Милли. – Она действительно хотела купить статуэтку и давала неплохую цену.

– Точно, – теперь Гриффин и сам вспомнил. – Райс отказывался под разными предлогами. Кажется, он сам ее сделал? Что‑то вроде «последнего воспоминания об ушедшей юности»?

– Теперь ее нигде не видно, – сказала Миллисент. – Мы смотрели.

– Может, ее разбили, – пробормотал Боббек.

– Возможно. Почему же он тогда не попытался получить страховку? У него была целая толпа свидетелей, которые подтвердили бы, что за нее предлагали приличную цену. Если статуэтку разбили непрошеные гости…

– Нет, – прервал его Боббек. – Я имел в виду, что она случайно упала.

– Хм… Понятно. Она стоит довольно низко, но все же такой вариант не исключен. Хотя это горизонтальная композиция, и ее нелегко разбить. Если она упадет… то может и не разбиться, особенно на этом ковре. На это стоит обратить внимание.

Гриффин посмотрел на часы.

– Восемь пятьдесят? – он хлопнул себя ладонью по лбу.