– Понятно. И какие же услуги ты оказываешь?

– Любые, какие тебе понадобятся! Антон сделает что угодно.

– Наверняка за соответствующую плату.

Мальчишка таращит глаза:

– Никакой платы! Только добровольное пожертвование. Приму с благодарностью.

Они доходят до конца квартала.

– Знаешь, у меня есть для тебя поручение. За мной следует мужчина. Только не пялься на него. Он в синей куртке и солнцезащитных очках.

Антон оборачивается:

– Этого у нас все знают. Хэнсон его фамилия. Он тут большой «прыщ».

«Прыщ». Жаргонное словечко, обозначающее агента Службы общественной безопасности. Сами они любят называть себя «Стражами социального спокойствия». Сокращенно «три-эс». Он увязался за Тией, как только она вышла из автобуса.

– Меня не волнует, кто он такой. Но я хочу, чтобы ты и твои дружки отвлекли его. За эту услугу я заплачу тебе десять долларов.

– Двадцать пять.

А этот Антон – парень не промах. Они приближаются к большому перекрестку. Пора действовать. Тия лезет в сумочку и достает деньги.

– Двадцать. Окончательное предложение. По рукам?

Мальчишка хватает деньги и, присвистнув, исчезает. Тия не оглядывается. На углу она ускоряет шаги, сворачивает направо, затем налево и ныряет в переулок, который выводит на небольшой рынок, кишащий народом. Одни просто смотрят на Тию, другие отходят в сторону, давая ей пройти. Тия сворачивает в другой переулок, где лежит тень от высоких зданий. Пройдя его наполовину, она останавливается возле тяжелой стальной двери, вмурованной в кирпичную стену, трижды стучит в дверь, выжидает несколько секунд и стучит еще два раза. Слышатся звуки отодвигаемых засовов. Дверь приоткрывается на длину цепочки. В узком проеме появляется мужское лицо.

– Я ищу Стефано.

– Кто такая?

– Меня послала Матерь.

Дверь закрывается. Хозяин сбрасывает цепочку и снова открывает дверь.

– Входи быстрее, – велит он.

Тия входит в небольшую комнату с единственным окном. Стекло в нем армировано проволочной сеткой. В углу койка, на которой спит хозяин, а рядом – что-то вроде кухонного закутка с электроплиткой.

– За тобой был хвост? – спрашивает мужчина: коренастый, мускулистый, с гладко выбритой головой и тяжелыми веками.

– Был, с самой остановки. Но на рынке я отвязалась от него.

– Что тебе нужно?

– Одежда и идентификатор.

– Сейчас посмотрю, что у меня завалялось.

Пока Тия раздевается, хозяин комнаты роется в ящике. Тия выбирает хлопчатобумажные брюки с завязками на поясе, просторную блузку и кожаные сапоги. Одежда далеко не новая; такую носят на работе, где приходится потеть. Запах пота сохранился до сих пор. Тия захватила с собой кое-что из косметики: красный и пурпурный карандаши для оконтуривания глаз, жидкость телесного цвета для обесцвечивания губ, желтоватую пудру, делающую лицо более смуглым. А вот волосы с каскадной стрижкой и слегка высветленными прядями можно лишь спрятать под мужской кепкой.

– Ну как? – спрашивает она.

Мужчина оглядывает ее:

– Старайся не поднимать голову, и все будет тип-топ. Теперь надо сделать снимок.

Тия встает у стены, завешенной белой простыней. Мелькает вспышка, и из нижнего отсека фотокамеры выползает готовый снимок. Мужчина уходит в соседнюю комнату и вскоре возвращается с новым идентификационным жетоном, еще теплым после ламинатора. Тия прикрепляет жетон к блузке и открывает сумочку.

– Ты знаешь Старину Фреда? – спрашивает мужчина.