– Я и не знал, что ты имела в виду сегодняшний день. Не помню, чтобы я соглашался начать уроки сегодня.

– Вы говорили, что научите меня плавать. Вот я и пришла.

– А не должна ли ты сейчас быть в школе?

– Необходимость ходить туда слишком преувеличена. – Кэли обшарила взглядом прихожую. – А где ваша жена?

– На работе.

– Чем она занимается?

– Если тебе так любопытно, она – модельер женской одежды.

– Модельер, – повторила Кэли с какой-то смешной интонацией. – В смысле, платья и прочие шмотки?

– Да. Платья и прочие шмотки.

Она равнодушно кивнула, закинула прядку светлых волос за ухо и наморщила лоб.

– Пока мы не отправились на берег, скажу вам одну штуку. Я и в самом деле боюсь воды.

– Серьезно? А почему?

Кэли склонила голову набок и окинула меня снисходительным взглядом, в котором читалось: «Боже, какие нелепые вопросы задают эти взрослые. И почему только им позволено всем распоряжаться?»

– Понятия не имею, господин паромщик. Может, потому, что вода хочет меня утопить.

– Океан вообще ничего не хочет. Это водная стихия, которая просто существует.

Она торжествующе улыбнулась:

– Пусть будет так. Кое-что я уже узнала. Я обожду снаружи, пока вы собираетесь.

Кэли, как выяснилось, не преувеличивала. Она не просто боялась воды, а панически боялась ее.

Мы зашли в воду по пояс.

– Ни хрена себе, – пробормотала она.

– Юная леди, следите за своим лексиконом.

У девчонки дрожал подбородок. Лицо стало бледным.

– Я сказала то, что чувствую. Зря я вчера согласилась. Дурацкая затея.

– Ты до этого погружалась в океан?

– Что значит «погружалась»? Объясните.

– Значит, нет.

– Могу сказать, что я все время собиралась это сделать.

– Тогда мне придется окунуть тебя с головой.

– Вы не посмеете.

Я посмел. Кэли тут же вынырнула, размахивая руками и отфыркиваясь.

– Вы придурок!

– Ты же знаешь, что здесь можно стоять.

– Знаю, что можно, – сердито буркнула она. – Я просто… привыкала к обстановке.

Она выпрямилась во весь рост.

– Ну и как тебе? – спросил я.

– Полная жуть. Спасибо вам большое.

– Я не о погружении. Что ты почувствовала, назвав меня придурком?

Кэли задумалась.

– Мне понравилось.

– Давай начнем с простых вещей, к которым легко привыкнуть. Можешь задержать дыхание секунд на двадцать?

– На пять.

– На десять. Встань у меня за спиной и ухватись за мою шею.

Я присел на корточки. Кэли забралась мне на спину.

– Странный способ, – заявила она.

– Ничуть. Так меня учила плавать мама. Готова?

– Вы собираетесь напугать меня до смерти?

– Держи глаза открытыми. Тебе понравится смотреть на водный мир. А теперь набери побольше воздуха, и… нырнули.

Я нырнул и поплыл, неся на себе Кэли, словно плащ. Два взмаха, потом три, и вот я уже плыву вдоль дна. Вокруг нас сновали рыбки, их чешуя отливала всеми цветами радуги. Такие моменты обычно нравятся всем. Я их просто обожал. Это чувство погруженности в таинственный мир, полный жизни и красоты… Рыбешки снуют, повинуясь инстинкту, без всяких мыслей. Да и что может волновать рыб, помимо своей принадлежности к рыбьему племени? Есть ли им дело до мира за поверхностью воды? Существует ли он для них или кажется недосягаемым небесным сиянием? Я отсчитал десять секунд, затем оттолкнулся и всплыл, вновь оказавшись под утренним солнцем.