— Продолжается серийный выпуск на ГАЗе и горьковском автомобильном заводе, — чётко доложил Маленков. — Налажено производство в Сталинграде, на заводе «Красный Октябрь», и активно налаживается на заводе «Баррикады». Мощности растут.

— Это замечательно, хорошие темпы, — кивнул Сталин. — Так что вы конкретно предлагаете, товарищ Молотов? Ведь мы не можем просто так отказать инвалидам стран-союзников антигитлеровской коалиции. Это будет выглядеть неприлично. Но в то же время вполне понятны и будущие действия капиталистических акул, их жадность.

Нескольких минут напряжённого молчания и короткого делового диалога Сталина и Маленкова Вячеславу Михайловичу было достаточно, чтобы принять окончательное и, вне всякого сомнения, единственно правильное решение.

— Я думаю, товарищ Сталин, в этом вопросе, когда всё шито белыми нитками, надо играть по правилам капиталистических акул, — начал он уверенно. — Ясно и чётко заявить, что мы этого не можем сейчас сделать, так как у этого протеза есть конкретные авторы, от позиции которых полностью зависит возможность подобного подарка. Они категорически против безвозмездной передачи и считают, что необходимо сначала получить соответствующие патенты в США и Великобритании, которые защитят их авторские права. И только после этого вести речь или о подарке определённой партии, или о продаже лицензий на производство. А после успешного оформления соответствующих патентов попросить наших товарищей-изобретателей передать все права Советскому государству и начать широкое производство этих протезов для нужд нашей страны и возможно всего мира.

— Ваше мнение, товарищ Маленков? — спросил Сталин.

Уже понятно было всем, что Сталин решение принял окончательно, но почему-то ему надо было узнать мнение всех присутствующих за столом.

— Полностью согласен с товарищем Молотовым, — начал говорить Маленков чётко, чеканя каждое слово. — И хотел бы отметить в этой связи ещё один важный момент.

Он был внутренне уверен, что это именно то, что сейчас хочет услышать товарищ Сталин.

— Новый протез прошёл тщательную экспертизу в институте товарища Приорова и получил самую высокую оценку ведущих специалистов. Они готовы начать разработку аналогичных протезов для рук и более высоких ампутаций ног, выше колена. Но уже даже в таком виде, как сейчас, массовый выпуск этих протезов позволит нам вернуть к активной трудовой деятельности десятки и сотни тысяч инвалидов в нашей стране. Это огромный резерв рабочих рук.

— Хорошо, товарищи, — кивнул Сталин с удовлетворением. — Я думаю, что нам надо принять предложение товарища Молотова и без какого-либо промедления воплощать его в жизнь немедленно.

Он встал из-за стола и начал размеренное, почти маршевое движение по своему кабинету, продолжая также размеренно говорить в такт своим шагам.

— Товарищ Берия, вы должны обеспечить надёжное сопровождение работы сотрудников товарища Молотова в США и Великобритании. Желательно к этому делу грамотно подключить прессу союзников, чтобы существенно ускорить всю бюрократическую процедуру оформления патентов, исключить возможные проволочки и создать благоприятный общественный фон для оценки изобретения наших товарищей. Вам, товарищ Маленков, поручается провести необходимую работу с авторами изобретения и оформить все требуемые документы.

Слушая размеренную речь Сталина, Молотов окончательно утвердился в мысли, что решение уже было принято ещё до начала ночного совещания. И его интересовало теперь только одно: с кем же конкретно консультировался товарищ Сталин? Настолько непривычно звучали в его устах слова о необходимости подключения к этому делу западной прессы союзников.

Берия же думал совсем о другом, более практическом.