В Блиндажном сейчас живут те, кто только приехал в Сталинград. Василий на днях рассказал, что его «ветераны» готовят обращение с просьбой сохранить часть поселка как мемориал, тем кто в честь восстановления города.

Идея на мой взгляд вполне годится. Оборона Сталинграда боевой подвиг, а его восстановление трудовой, который тоже достоин своего увековечивания.

Заводы частично остановились, продолжало работать только то, что останавливать нельзя, в первую очередь мартены. Везде при нашем появлении сразу же начинались стихийные митинги, говорились какие-то речи, постоянно кричали «ура» и здравицы.

Маша и Ленька увиденным на заводах были потрясены, да и меня в отдельные минуты брала оторопь. Всё это было на самом деле невероятно и с трудом укладывалось в голове. Всего за два года мы возродили из праха такие промышленные гиганты и не просто возродили, а сделали огромный шаг вперед.

На «Красном Октябре» сейчас выпускают много такого, о чем даже и не думалось до войны. Чего стоит один новый трубный цех. На «Баррикадах» опять начинают производство стволов больших калибров.

Перед войной была разработано орудие особой мощности 450-мм полевая гаубица Бр-23. Само орудие и полигонный станок должны быть изготовлены на «Баррикадах». Вес его фугасного снаряда был больше тонны. К лету Бр-23 была построена и готова к испытаниям, вывезти её из-за веса и габаритов вовремя не смогли и в августе при налете немецкой авиации орудие завалило обломками цеха. Чтобы уникальное орудие не попало в руки немцев его решено было взорвать.

Но или взрывали неправильно, или такому монстру это было что дробинка слону, но когда раскопали, то ствол оказался ремонтопригодным. Заводчане его отремонтировали, довели до ума, провели заводские испытания и уже куда-то отправили на войсковые.

Заводчане с удовольствием показывали всё, что можно юному герою, обороны Сталинграда, который приехал вместе с секретарями крайкома. Люди все были опытные и хорошо понимали, что за так медаль пацану ни кто не дал бы. Тем более, что кто-то сказал о и его героическом деде, подвиг которого знали очень многие. Не так много у нас было таких Героев Советского Союза.

Кто-то спросил у Леньки как он учится. Мальчишка насупился и после повторной просьбы пробурчал:

— Никак, с зимы только работаю. Вот война закончилась, теперь и пойду учиться.

— А где же ты работаешь? — первой удивленно спросила Маша.

— На тракторном, у нас там еще есть участок по ремонту танков. Его закрывают, вот осенью и пойду в школу. А потом пойду учиться на танкового конструктора. К нам приезжал дядя Морозов, он сказал что, когда выучусь к себе возьмёт танки придумывать.

У меня от очередного Ленькиного подвига перехватило горло.

— И давно ты работаешь? И кем? — с трудом спросил я.

— С прошлой весны. Токарничаю, — на мой вопрос Ленька ответил с нескрываемой гордостью, расправив плечи. Мне даже показалось, что он внезапно подрос.

— Я наведу справки, — приблизившись, тихо сказал Сергей Гаврилович. — И представим мальца к государственной награде.

Я молча кивнул. Это было само собой разумеющееся. О том, что готовится к учреждению «Медаль за доблестный труд в Великой Отечественной войне» уже было известно. Это минимум что Ленька должен получить.

— Ну, ты брат и хитер, — я справился с волнением и начал говорить уже шутливо. — Стоило мне немного ослабить контроль над тобой, как ты тут же очередной раз отчубучил. Надо же школу бросил.

Я взъерошил его вихры и уже серьёзно закончил.

— Молодец ты у нас. А школу ты конечно закончишь. И конструктором танков станешь. Я в этом не сомневаюсь.