Любой другой сказал бы:

«Меди нет — придется ждать».

Но Гровс сказал:

«Если нет меди, возьмем серебро».

И предложил совершенно необычное решение. Вместо меди использовать… серебро, но не промышленное серебро, а серебряный запас Министерства финансов США.

Потрясенный таким запросом представитель Казначейства спросил Гровса:

— Генерал, сколько серебра вам нужно?

Гровс ответил количеством в тоннах.

Чиновник поправил его:

— Казначейство учитывает серебро в тройских унциях, а не в тоннах.

На что Гровс ответил:

— Моя задача — выигрывать войну, а не изучать бухгалтерию.

В итоге из хранилища Казначейства было выдано примерно 14 700 тонн серебра, что составило около 430 миллионов тройских унций, из которых изготовили проводники для гигантских магнитных катушек.

Сейчас эти установки уже разобрались и практически все серебро будет возвращено обратно в Казначейство. Потери судя по всему составят лишь небольшую долю процента, в основном из-за технологических отходов и микроскопических утрат при переработке.

Гровс в Овальный кабинет зашел последним и все сразу же обратили, что в руках у него только один тоненький конверт.

Президент сразу же обратился к генералу.

— Генерал, вы готовы дать нам отчет?

— Да, господин президент, — Гровс достал из конверта лист бумаги, на котором от руки было написано несколько предложений занимавших половину листа, и протянул их Трумэну. — Вот мой отчет о проведенном расследовании.

33-ий президент США Гарри Трумэн недоверчиво взял протянутый ему лист бумаги быстро прочитал, положил на стол перед собой, снял очки и потрясенный наверное в первую очередь объемом отчета генерала, поднял на него взор. В Овальном кабинете Белого Дома установилась такая гробовая тишина, что все присутствующие боялись даже просто глубоко вдохнуть.

— Генерал, весь отчет всего половина страницы текста, написанного вами от руки?

— Да, господин президент, — генерал Гровс утвердительно кивнул головой. — Мы пришли к выводу что наиболее вероятной причиной катастрофы была диверсия. Предохранитель, который блокировал электрическую цепь изделия при сборке был заменен на идентичный по внешнему виду проводник. В результате электрическая цепь через некоторое время замкнулась и изделие взорвалось.

Гровс достал из кармана маленький цилиндр зеленого цвета и протянул его президенту. Внешне это был ничем не примечательный скорее всего деревянный цилиндр, длиной примерно дюймов шесть и пару дюймов в диаметре. Трумэн взял его, внимательно осмотрел, положил на стол перед собой и еще раз прочитал написанное генералом.

— Вы пишите, что человек совершивший эту диверсию бесследно исчез и у вас нет никаких данных о нем? Но что позволяет вам предположить, что все произошло именно так?

— Именно так, господин президент. Человек, который вручил сборщику такой предохранитель, который должен был быть установленным в бомбу бесследно исчез. Его последний раз видели на рабочем месте буквально за полчаса до прихода нашей службы безопасности. Сразу же были проведены все необходимые проверки и выяснено, что все документы где были зафиксированы какие-либо данные о нем исчезли, везде вложены чистые карточки и листы бумаги. Не осталось никаких следов пребывания этого человека в проекте. Только один словесный портрет со слов тех кто с ним работал.

У Гровса вдруг запершило в горле и он на мгновение замолчал. И в этот момент военный министр медленно произнес:

— Вы утверждаете… он растворился?

— Нет, — Гровс вновь обрел дар речи. — Я хочу сказать другое. кто бы это ни сделал, он изучил нашу систему безопасности и в итоге знал её лучше нас. Именно по этому мы не можем его найти, потому что он предусмотрел такое расследование.