Однако изменить мнение Хаустона Керби о Ри Клэр Доминик к худшему было не так-то легко.

– Не выдумывайте, капитан. Берти Мак-Кей не такой дурак, чтобы рассчитывать, что девушка сможет проскользнуть и так же незаметно скрыться с картой. Решись она на такое, непременно столкнулась бы с самим капитаном «Морского дракона», который почти весь день был на борту. С таким же успехом девушка могла бы быть на корабле Ист-Индской компании, отплывающем из Мадагаскара с грузом шелка и слоновой кости. Что бы это дало Берти Мак-Кею?

– И все-таки какой-то шанс был, Кёрби, – ответил Данте, на которого доводы стюарда не произвели никакого впечатления. – Уж не забыл ли ты, что Берти Мак-Кей вот уже несколько месяцев ведет за мной слежку? Точно знает и когда я сошел на берег, и где ужинал, и когда возвратился на ночлег, возможно, он даже знает, что ко мне домой приходила Хелен, и ошибочно предположил, что я освобожусь от нес не раньше следующего утра. Не принял во внимание, что я равнодушен к чарам этой леди и что я ударом кулака уложу человека, которого он послал следить за мной. Во всяком случае, Берти Мак-Кей почти ничем не рисковал бы.

Хаустон Кёрби вздохнул, раздраженный упрямством своего хозяина.

– Почему тогда он не послал к нам Дэниела Льюиса с его дружком?

– Вряд ли наша команда отнеслась бы с симпатией к Дэниелу Льюису и его дружку, если бы их застукали. А вот девушка, я уверен, преуспела. Мой экипаж – лучшее тому доказательство. – Данте с презрением посмотрел на улыбающихся людей, которые собрались вокруг девушки. – Кто знает, какие сведения ей удалось выудить из них, обворожив их своими грустными фиалковыми глазами?

Маленький стюард возвел глаза к небу и задумчиво потер свой щетинистый подбородок.

– Но ведь вы сами говорили, что слова девушки о том, что она ничего не знала о карте, кажутся вам достаточно убедительными. По-моему, ни один разумный человек не может сомневаться, что эта девушка – благородная леди, – сказал Кёрби с раздражающей логикой.

Данте скептически пожал плечами:

– Вполне возможно, у нас на борту одна из лучших актрис нашего времени.

– Ах, капитан, – повторил Кёрби, на этот раз со вздохом разочарования. – Поверив девушке, вы бы сильно облегчили жизнь всему экипажу. И не только на время плавания. Если бы я не знал молодой леди, то, может быть, и принял бы за чистую монету ваше утверждение, будто она работает на Берти Мак-Кея, – признал Хаустон Кёрби. – Но с тех пор как я лично познакомился с леди Ри Клэр, я верю каждому ее слову. Как можете вы сомневаться в такой милой молодой девушке? Впрочем, – добавил маленький стюард, изучая взглядом капитана, – если очень постараться, можно убедить себя в чем угодно, даже в самом невероятном.

– Кёрби, Кёрби, – поддразнил его капитан, – к старости ты становишься слишком мягкосердечным. Не думал, что доживу до дня, когда оборчатая юбка так задурит тебе голову, что ты перестанешь различать, где правда, где неправда. Но как бы то ни было, я не допущу, чтобы леди Ри Клэр Доминик сошла на берег в Антигуа. Она поплывет дальше вместе с нами, – сказал капитан не допускающим возражений тоном.

Однако Хаустон Кёрби остался глух к предостережению, прозвучавшему в голосе капитана.

– А мы разве в самом деле обсуждаем, где правда, где неправда? – спросил он с преувеличенной недоверчивостью. – Если кто и обманывается, так это вы. Потому что вас обуревает неудовлетворенное желание. Можете поколотить меня, но я все равно скажу то, что думаю, – заявил кривоногий коротышка-стюард, не обращая внимания на то, что лицо капитана темнеет.