Силлур мог бы стать раем для собирателей коллекции бабочек — энтомологу, попавшему на планету, грозило настоящее помешательство — можно было «не снести восхищения», по любимому Лайной Пушкину, от изысканных форм бабочек, грациозно порхающих с цветка на цветок. Эти неземные красавицы были под стать опыляемым ими растениям — похоже, на Силлуре бабочки считали дурным тоном иметь крылья размером меньше ладони, некоторые же были габаритами с добрую чайку и летали высоко над лесом, с тонким, пронзительным свистом предаваясь любовным утехам и падая порою, сцепившись в объятиях страсти, на плодородную почву. Владимир с Леей не пользовались их беспомощным состоянием — ведь они и сами были влюблены не меньше этих аппетитно упитанных бабочек, к слову, весьма приятных на вкус — бабочки напоминали земных креветок или крабов, но были нежнее и как-то слаще. Их гусеницы, в кулинарном смысле, также представляли собой изысканный деликатес и обитали на верхушках деревьев, а потому добыть их было не так-то просто даже с помощью лазерного пистолета — хотя зрелая личинка весила не менее полкило, она так ловко сливалась с растительностью, что обычно разглядеть ее не представлялось возможным. Володе в голову пришла интересная идея разводить этих гусениц в неволе, тем более что заполучить беременную самку было совсем нетрудно, просто пока у Владимира как-то до этого руки не доходили.

Тем более что пищи было в избытке — для пещерных людей, вооруженных лазерным пистолетом на солнечных батареях, жизнь казалась почти что райской. Были тут и хищные звери, но все какие-то несерьезные, не то что земные тигры и даже волки. Многие из травоядных также могли бы за себя постоять, охоться на них Владимир при помощи своего, оставленного на Земле, боевого молота, но всем им было нечего противопоставить лазерному оружию. Лея рассказала Владимиру, что Силлур потратил массу усилий для избавления в незапамятные времена своей планеты от сквирлов, раньше стоявших на вершине пищевой пирамиды и бывших настоящей чумой здешних мест. Война между древними силлурианами и сквирлами продолжалась много сотен лет, и лишь прорыв в науке позволил здешним людям утвердиться в своем господстве над планетой. Теперь же сквирлов разводили и дрессировали только в специальных центрах, расположенных на вспомогательных планетах Республики Силлур. Простые граждане могли приобрести себе только стерилизованного сквирла, снабженного специальным радиомаячком, чтобы в случае выхода из-под контроля и побега его можно было своевременно обнаружить и уничтожить.

Лея, как разведчик, великолепно знала как историю Силлура, так и нынешнее устройство враждебной Анданору республики. Владимир узнал, что Силлур состоял из четырех столичных и нескольких десятков вспомогательных, или хозяйственных, планет. Каждая из столичных планет носила имя Силлур и имела усилиями колонистов почти идентичную флору и фауну. Родиной же цивилизации была как раз эта планета, давшая теперь приют Лее и Владимиру, именно тут в незапамятные времена люди ценой миллионов жизней одолели-таки древних, организованных по принципу муравейника сквирлов, разводивших в самые страшные, первобытные времена силлуриан себе в пищу, как земные муравьи делают с тлями или грибками. Другие три столичные планеты, а также большинство вспомогательных были колонизированы позже, но все равно — много тысячелетий назад. Все промышленное и военное производство республики, а также добыча и переработка руд велась специалистами на хозяйственных планетах. На Силлуре никогда не было рабства; девизом республики было слово «свобода», хотя на вредных производствах работало множество представителей менее развитых рас, дружественных с Силлуром.