Изменить размер шрифта - +
В следственных материалах, собранных за неделю, удалось найти зацепку — за два дня до исчезновения Кашиджан участвовал в потасовке.

Драка произошла в баре на Альварадо. Публика там в основном латиноамериканская, но Кашиджан положил глаз на одну из сальвадорских официанток и частенько туда захаживал, пил пиво и крепкие напитки, после чего заваливался в ее комнату над салуном. В баре разгорелся скандал: подрались двое пьяных посетителей. Кашиджан оказался рядом и случайно получил удар по голове. Бармен клялся, что удар кулаком был единственным. Кашиджан покинул бар на своих ногах.

Вдова Кашиджана в одночасье получила два удара — потерю мужа и факт его супружеской неверности. Она сказала, что супруг жаловался на головную боль, причину боли объяснял тем, что нечаянно ударился о стеллаж с хлебом. Две таблетки аспирина вроде бы принесли ему облегчение.

Петра позвонила коронеру, весельчаку по натуре, Розенбергу. Она хотела уточнить, можно ли единственным ударом кулака раскроить череп так, чтоб жертва через два дня отдала богу душу. Розенберг ответил, что сомневается в этом.

Но вот в страховых документах Бедроса Кашиджана нашлось кое-что интересное: пять лет назад на пятой северной автостраде бакалейщик попал в автомобильную аварию, в которой пострадало девять автомобилей. Именно в этом происшествии он получил серьезную черепную травму и внутреннее кровоизлияние в мозг. В больницу его доставили в бессознательном состоянии, положили на операционный стол и произвели трепанацию черепа, удалили раздробленный сегмент костной ткани размером с пятидесятицентовую монету, чтобы через отверстие убрать гематому. Затем костный сегмент — «окошко», как тут же назвал его Розенберг, сшили кетгутами и закрепили винтами, после чего поместили на прежнее место, чтоб края распила срослись.

Услышав об этом, Розенберг изменил свое мнение.

— «Окошко» было более уязвимо, чем остальная часть черепа, — сказал он Петре. — К несчастью для вашего парня, оно и пострадало в потасовке. Любая черепная кость перенесла бы удар без страшных последствий, но «окошко»… Скрепы, держащие осколки сегмента, лопнули и кости вонзились в ткань мозга. Началось медленное кровотечение, и, наконец, — бум-с.

— Бум-с, — повторила Петра. — Ну вот вы опять сбиваете меня с толку своим жаргоном!

Коронер засмеялся. Петра тоже невольно улыбнулась. Никому из них не хотелось думать, что Бедросу Кашиджану так жутко не повезло.

— Единственный удар, — сказала она.

— Бум, — повторил Розенберг.

— Скажите, доктор Розенберг, а не могло ли это травматическое состояние послужить причиной того, что он ехал, не сознавая куда, в лес?

— Дайте подумать. Осколки костей, врезавшиеся в серое вещество коры головного мозга, медленное кровотечение… да, он мог быть дезориентирован.

— Однако это не объясняет, почему он выбрал именно Анджелес Крест.

Петра спросила у капитана Шулкопфа, следует ли ей возбуждать дело против парня, нанесшего роковой удар.

— Кто он такой?

— Пока не знаю.

— Это же обыкновенная драка в баре.

Шулкопф взглянул на нее так, как будто говорил с недоразвитой.

— Напиши в протоколе «смерть в результате несчастного случая».

Поскольку желания спорить не было, она уступила и пошла оповестить вдову Кашиджана о прекращении расследования. Вдова считала, что муж поехал в Анджел ее Крест, потому что именно там в юности они любили гулять.

— По крайней мере, он оставил мне хорошую страховку, — сказала женщина. — Главное, что наши дети останутся в частной школе.

Когда оба дела были закрыты, подступило одиночество. Она явно сделала ошибку, вступив в интимные отношения с напарником.

Быстрый переход