— Арлан, вы вознамерились начать всё сначала? — с укором вздохнула королева. — Даже господин Сольман фамильярнее, чем вы. Вы так разительно изменились!

— В чём же выражаются изменения, ваше величество?

Её величество встала и подошла к министру, слегка задев того юбкой. Он вздрогнул, ощутив неожиданное лёгкое касание предплечья, а потом второе, уже более смелое, — раненного бока. Показалось, или пальцы королевы попытались нащупать повязку сквозь рубашку?

— Что вы задумали? — нахмурился герцог, отступив на шаг и запахнув полы сюртука. — Со стороны ваше поведение выглядит не лучшим образом. Признаться, и не со стороны тоже.

— Я всего лишь хотела убедиться, что вы не лжёте, и раны действительно зажили.

— Каким же образом? — продолжал хмуриться министр.

— Потрогать, — смутилась королева. — Если повязки набухли от крови… Да, признаю, я перешла границы, простите. Но могу я всё же взглянуть, что крови нет?

Герцог одарил её величество осуждающим взглядом, но снял сюртук и небрежно кинул на стол.

— Убедились, ваше величество?

Королева кивнула и, отвернувшись, пробормотала:

— Вот вы и сердитесь! И то хорошо, потому что в прошлый раз вы так старательно мучили меня зубодробительной вежливостью. Я даже растерялась. Кольцо с сапфиром ведь ваше?

— Что? — ошеломлённо переспросил герцог, мигом растеряв суровость. — Ваше величество, какая зубодробительная вежливость? Вы приехали вместе с фрейлинами, я обязан был встать и соответствовать этикету. И какое кольцо?

— Кольцо с сапфиром, — терпеливо напомнила королева и осмелилась вновь коснуться герцога, на этот раз плеча.

Министр тут же убрал её руку и, глядя в глаза, так же тихо, с расстановкой спросил:

— Зачем я вам действительно нужен? Явно не для разговоров о Натэлле.

— Забудьте! — щёки королевы налились румянцем. Она тут же скрыла это досадное недоразумение за жалобами на жару. — Просто господин Дакеш узнал, что кольцо — не фамильная драгоценность, его купили у коллекционера. Через третьи руки.

— И поэтому это был я? Странная логика!

Её величество замялась ещё больше и неуверенно пробормотала:

— Я вспомнила, что некогда потеряла похожее. Кольцо, доставшееся от покойной матери. Вы знали об этом. Но нет, значит, нет, — тут же встряхнулась королева. К ней вернулась былая уверенность. — Жду завтра к вечернему чаю. Жаль, без Натэллы, но я приготовила для неё чудесный сюрприз. Сегодня, простите, обсудить не получится: я вспомнила о срочном деле. Проводите меня, милорд, и удачи в поисках!

— Ваше величество, — герцог цедил слова, делая их весомыми, гулкими, — нам лучше договорить. Я не сделаю вид, будто ничего не случилось. Что происходит? Ваше стеснение лишь укрепляет в дурных предположениях. Садитесь. Если опасаетесь чужих ушей…

— Как же низко я пала! — отвернувшись, пробормотала королева, покорно вернувшись к столу. — Сама себя унизила.

— Забудьте эту чушь, ваша светлость! — с жаром взмолилась она, ухватив герцога за руку. — Право, не знаю, зачем… Козни демонов, не иначе.

Растеряв степенность, королева всё крепче сжимала пальцы собеседника. Раскрасневшаяся, она с надеждой смотрела на министра. Тот же не знал, как поступить. Рука её величества дрожала, сама она часто-часто дышала, грудь едва не выпрыгивала из корсажа.