Окрылённая маленькой победой, Эллина продолжила наступление. То ли соэру надоели уговоры, то ли он вспомнил, что на отдыхе, но он смилостивился и согласился на водные процедуры. Правда, с таким лицом, будто делал огромное одолжение. Они свернули к ближайшей купальне. Гоэта не прихватила купальный костюм, но предусмотрительные трийцы давали их напрокат всем желающим. Мужчинам, несомненно, проще, разделся и купайся. Неудивительно, что пока Эллина переодевалась, Брагоньер уже успел окунуться и теперь в облаке пара ждал спутницу у лесенки, чтобы помочь спуститься.

Купальня оказалась многоуровневой, чтобы отдыхающие могли и понежиться, и поплавать. Краем глаза Эллина заметила, что парочка в углу, в самой гуще пара, занимались и другим делами: они целовались.

— Поздними вечерами наверняка любовью занимаются, — проследив за взглядом гоэты, равнодушно заметил соэр. — Она дама полусвета, он чей-нибудь сынок, в порядке вещей. Приглядись, никто к ним не подходит, наоборот, сторонятся. Значит, сделать замечание чревато.

Эллина полагала, Брагоньер встанет на защиту морали, но он повернулся к парочке спиной, игнорируя, как и остальные купающиеся.

— Я бы тоже хотела, — стесняясь, призналась в родившейся в голове эротической фантазии гоэта. Лёгкие пузырьки приятно щекотали кожу, горячая вода расслабляла.

— Чего? — соэр остановился у края площадки, за которой шла глубина.

— Да так, — стушевалась Эллина и врезалась телом в водную гладь.

Если она скажет, что хотела бы заняться с ним любовью в бассейне, Брагоньер точно не поймёт. Особенно желания сделать это днём. Гоэта сама не понимала, почему оно возникло. То ли из-за той парочки, то ли из-за полуобнажённого соэра, выгодно смотревшегося на фоне ровесников, то ли из-за желания помириться, то ли специфической воды.

— Скажите уж, госпожа Тэр. Мне любопытно, чего вам в кой-то веки хочется.

Эллина проглотила издёвку. В какой-то мере Брагоньер прав, она вечно от всего отказывалась, зато предложения о работе принимала с радостью.

— Это личное, господин Брагоньер.

— Вторая попытка попросить прощения? — хмыкнул соэр и перевернулся на спину. Вода легко держала на поверхности, массируя тело горячими струями. — Я ваши извинения принял, учёл смягчающие обстоятельства.

Эллина с облегчением перевела дух, хотя подозревала, в номере ей предстоит во всех деталях поведать о своих фантазиях. Брагоньер точно не забудет, выпытает даже температуру воды в воображаемой купальне. И сделает, если сочтёт возможным удовлетворить подобные желания. Казалось бы, удача — найти такого податливого мужчину, но гоэта смущалась откровенности, которую тот от неё требовал.

После купания в открытом бассейне перебрались в закрытый. Вход туда был платным, зато никакой случайной публики.

Эллина впервые пила игристое вино в купальне. И впервые же закусила губу от удовольствия, чтобы не издать ни звука. «Там люди», — повторяла себе гоэта, глядя на двери закрытого небольшого бассейна с минеральной водой. Руки уперлись в мраморный бортик, тело послушно отдалось любовнику. Брагоньер не стал расспрашивать, он сделал, второй раз в жизни не позаботившись о предохранении. Эллина даже задумалась, не напророчила ли её величество беременность. Брагоньер вполне мог, благо гоэта, полагаясь на педантичного в подобных вопросах любовника, своё средство в поездку не взяла.