|
Накануне она совершила велосипедную прогулку — в Фонтен-де-Воклюз, так она ему сказала, — но сегодня решила заняться домом, и он мысленно представил, как она ходит из комнаты в комнату и делает наброски, как разговаривает с мадам Бессе, как жестикулирует, объясняя садовнику, какие новые растения хотела бы видеть на террасе. Ему смертельно хотелось выбраться из этой грязной кабинки с таинственным полумраком и сейчас же поехать к ней. Однако он приказал себе оставаться на месте и дожидаться болвана, который опаздывал. Ему непременно нужно было знать, что же произошло с его секретаршей. А тогда он решит, что делать дальше.
— Es tut mir leid. — Проскользнув в кабинку, Дернер опустился на сидение напротив. Он был примерно одного роста с Максом, но слегка сутулился и начинал лысеть. Кроме того, он носил очки в квадратной оправе, рот у него был широкий, с полной, слегка оттопыренной нижней губой. Макс еле кивнул — извинения ведь на всех языках одинаковы. Он сделал бармену знак принести им что-нибудь выпить. — Ну? Они заговорили по-немецки и замолчали, когда бармен поставил перед ними две кружки пива. — В полиции считают, что это несчастный случай. Нет признаков того, что дело здесь нечисто. — Считают? Достав из внутреннего кармана пиджака конверт, Дернер передал его Максу. — Они поехали на вечеринку в Тулон и поздно вечером должны были вернуться в Марсель. Они сказали друзьям, что поедут по автостраде А50, но почему-то поехали по Н8. Может, они и не подумали об этом — выпили-то немало. Похоже, они в конце концов поняли, что ошиблись, и чтобы сократить расстояние, решили вернуться на нужное им шоссе в районе Ле-Боссе. Но уже на выезде из этого города машина перестала их слушаться, несколько раз перевернулась, и их выбросило из салона. Скончались на месте, говорится в заключении по результатам вскрытия. — И никаких свидетелей? — Да, но водители, ехавшие сзади, рассказали, что какая-то машина шла им навстречу и притормозила в том месте, где их выбросило на шоссе. Затем она развернулась и укатила в том направлении, откуда появилась. Как будто кто-то хотел удостовериться… — В полиции считают, что кто-то следил за ними после вечеринки? — Они не знают. Все, кто был на вечеринке, утверждают обратное. Все говорят, что это несчастный случай. Мол, припозднились — было три часа ночи, — много выпили, да и дорога трудная… Однако в полиции ничего не говорят наверняка. — А все гости были из Тулона? — В основном — да. Было еще несколько человек из Марселя, супружеская чета из Экса, трое их Ниццы. Некоторые оставались на всю ночь. — Ты с кем-нибудь из них разговаривал? — Да, поговорил. Одиннадцать человек, все их имена есть вот в этом списке. Но я так и не смог понять: лжет кто-нибудь из них или нет. Макс пробежал глазами список. Знакомых имен не было. — Больше на вечеринке никого не было? — Нет, тут все. — Полиция установила за ними наблюдение? — Говорят, что собираются. Хотя кто их знает… Большинство ведь считают, что это просто несчастный случай. — Но не уверены в этом. — Да, пожалуй, не уверены. Макс залпом осушил кружку, и в голове зашумело. — В отчете есть что-нибудь интересное? — Всякие мелочи. Основное я все рассказал. Макс забарабанил пальцами по столу. — Не теряй с полицией связь, может, им удастся еще что-нибудь раскопать. Да, кстати, нам нужно кого-то взять на работу секретаршей. Что ты об этом думаешь? — Я уже нашел женщину, которая, возможно, нам подойдет. |
