Самолет летел над равнинами Нормандии, потом под крылом показался Ла-Манш, водная гладь которого была покрыта белыми бурунами с высоты напоминавшими снежинки. Вдалеке в иллюминатор Сабрина увидела побережье Англии. Лондон, — мелькнула у нее мысль. — Город, который столько лет был мне домом. Дом, работа, друзья.

— Мы остановимся на Кэдоган-сквер? — спросила Стефани.

— Да, в последний раз. Я продала дом друзьям Александры, но они не вступят во владение до тех пор, пока…

— Ты продала его? Продала свой дом?

— У меня ведь теперь другой дом, — непроизвольно вырвалось у Сабрины. Дрожащей рукой она поставила чашку с кофе на столик. Как же нам удастся избегать этой темы в разговоре?

Стюард забрал у них подносы. В салоне поднялся легкий шум — это пассажиры убирали выдвижные столики, закрывали компьютеры и атташе-кейсы, готовясь к посадке.

— Ты сама хочешь поговорить с Яной? — спросила она. — Ты ведь жила с Максом, и будет логичнее, если это сделаешь ты.

— Ах… Да, если ты так хочешь. — Обе они поняли, что, уклонившись в очередной раз от разговора на больную тему, они снова решили, что могут не заводить об этом речь так долго, как им самим захочется.

Стефани поглядела в иллюминатор на приближающуюся землю. Она думала о предстоящей посадке в аэропорту Хитроу. Раньше все было так хорошо, мелькнула у нее мысль, а теперь пришла пора взглянуть в лицо реальности. Только… не одной. Сабрина поможет мне. Она сумеет сделать так, что мы сможем выпутаться из этой истории. Сможем, так или иначе.

В доме на Кэдоган-сквер было темно и зябко. Здание, казалось, съежилось, стараясь укрыться от разгулявшейся непогоды, от дождя, барабанившего по крыше, от мрачного свинцового неба. Сабрина разожгла огонь в камине гостиной, пока Стефани покупала продукты на обед и ужин. Обе чувствовали себя совершено свободно и в доме, и в этом районе города. Они переходили из одной комнаты в другую, и понимали, что со стороны, наверное, выглядят довольно странно, но предпочитали до поры до времени не заводить об этом речь.

— Может, позвонить ей? — спросила Стефани. — Мне не хочется ехать в Кент, если ее нет в городе.

— У нее может быть квартира и в Лондоне. — Сабрина полистала телефонный справочник. — Вот, тут указана некая Я. Корли, она живет неподалеку от Беркли-сквер. Пожалуй, можно попытать счастья.

— Это совсем рядом. Наверное, я даже звонить не стану. Рискну.

— Возвращайся к обеду.

Стефани вызвала такси, а Сабрина тем временем наблюдала за ней, удивляясь, насколько быстро сестра освоилась в Лондоне и на Кэдоган-сквер, хотя провела здесь совсем немного времени. «А почему бы и нет?» — мелькнула у нее мысль. В конце концов, сколько времени понадобилось мне, чтобы привыкнуть к Эванстону?

Порывшись в шкафу в прихожей, Стефани достала оттуда плащ, шляпу, зонтик, и, выскочив за дверь, одним прыжком преодолела расстояние до такси. Пока они еле-еле ползли в потоке машин, она в замешательстве разглядывала проплывавшие мимо улицы, здания, черные зонтики прохожих. В Лондоне, таком знакомом городе, над которым время, похоже, не властно, она чувствовала себя как дома. Но, разглядывая виды Эванстона на фотографиях в альбоме Сабрины, она в то же время испытывала странное чувство, говорившее ей, что там ее дом.