— Что там искали?

— Ужастики. В этом участвовал один из моих коллег. Ему любопытно, привлекли того журналиста или нет.

— Такие экспедиции обычно бывают итогом глупой мелкой свары между соседями. Урожай, как правило, не стоит преследования. Одна сторона доносит на другую, и вот мы ломаем дверь, выходим оттуда с собранием фильмов какого-нибудь дурня и ставим еще одну галочку в криминальной статистике. И если только не всплывает какая-нибудь пор-нушка, дело заканчивается официальным предупреждением и конфискацией любого нелицензионного материала. Концерт окончен.

Двухместный серебряный «мерседес», похожий на переднюю половину обычного авто, разрубленного пополам тупым мужланом, резко затормозил позади нашего фургона. Алан Радд взглянул на часы:

— Даже если бы мы включили сирену с мигалкой, то все равно добирались бы дольше!

Крепко сбитый мужчина средних лет с перекошенным лицом и копной неестественно черных волос выбрался из машины. На нем был желтый шерстяной костюм с красным платком в нагрудном кармане и черные лакированные туфли, украшенные золотыми цепочками поверх язычков. Мистер Жаба, выдрессированный Александром Маккуином.

— Знакомый тип, — шепнул мне Алан Радд. — Прежде чем Сохо превратили в Мир Диснея, он заправлял секс-шопом на Флит-стрит. Его привлекали за несоответствие торговому стандарту: сбывал секс-комедии семидесятых под видом жесткого порно.

— Боже мой, — произнес этот тип, указывая на идущего к фургону полицейского с упаковкой журналов в руках, — боже мой, мистер Радд, нет у вас права так со мной поступать!

Радд вручил ему копию ордера и указал на один из журналов.

— Мы нашли его в ваших владениях, Гарри. Не говорите мне, что хранили их по просьбе друга.

— Я их никогда прежде не видел, — возмутился тот. — Вы их мне подбросили, мистер Радд. Я потрясен.

— У меня есть также основания предполагать, что ряд видеофильмов, продававшихся на вашей территории, нелегально ввезен из Соединенных Штатов. Я уверен, вам известно, что закон запрещает продавать записи, не одобренные Британским управлением сертификации фильмов. Гарри, ведь вы уже давно в этом бизнесе.

Гарри достал платок из верхнего кармана пиджака и вытер пылающее лицо. Пальцы его оттягивали золотые перстни.

— Журналы, должно быть, принадлежали предыдущему арендатору. Я никогда не отпирал эти шкафчики, мистер Радд. У меня даже ключей не было.

Радд вытащил телефон, поводил ручкой по пустому экрану и лукаво спросил:

— А кто мог быть предыдущим арендатором, Гарри?

— Вам следовало бы запросить агентство, мистер Радд. А пока вы это делаете, я, пожалуй, переговорю с моим адвокатом. И он наверняка захочет это изучить. — Гарри хлопнул ладонью по копии ордера.

— На вашем месте, Гарри, я бы связался со своим адвокатом немедленно, — посоветовал Алан Радд.

— Я добропорядочный бизнесмен, — ответил Гарри. — Да вы и сами знаете, мистер Радд. Мне нечего бояться.

Парни в форме несли последнюю порцию. У них кончились пластиковые упаковки, и они воспользовались картонными коробками. Я обратился к Гарри:

— Вы не помните, случайно, имени седьмого гнома в «Белоснежке»?

— Я их продаю, — ответил он, с большим достоинством убирая платок в верхний карман, — но я вовсе не обязан их смотреть.

Он уже обдумывал, как вновь завезти товар и найти замену благоразумно смывшемуся пареньку. И он знал, что мы не добыли ничего важного.

18

Я помогал Алану Радду разбирать улов, когда позвонил Роджер Курт. Тим Ковени появился в мастерской, забрал свои изделия и удалился.