— Доброе утро!

— Утро, знаешь ли… Час дня!

— Упс! Ксо! Чего раньше не разбудили?

— Сами проспали, — нехотя призналась мизучи. — И ждали вас… два часа, знаешь ли…

— Нет, боккеном не гуманно. — Наконец решила задумчиво рассматривающая потолок Кузаки. — Ещё сломается. А вот Ранмару в постель подложить, чтобы спалось лучше…

— Ринко, ты садистка! Кот-то в чём виноват?!

— Да ни в чём, в общем-то. Просто заявился сегодня утром: шерсть всклоченная… и выражение на морде ровно такое же, как у тебя сейчас! — Ринко наконец посмотрела на меня и немедленно налилась румянцем. — И отпусти наконец это… эту… эти штуки!

А я что-то держу? Ой, и действительно… держу!

— Этот объект называется «грудь». — Проинформировала хиноенма тоном школьной учительницы, при этом не меняя расслабленной позы. — И хотя вам простительно пока не знать, расширяйте свой вокабулярный запас заранее: как профессионал говорю — это важно!

— Расширение словаря — не повод демонстрировать сами объекты!

Хиноенма приподнялась на локтях, покосилась на соответствующие «объекты», покачала ими из стороны в сторону (зрелище определённо гипнотическое! На меня, по крайней мере, подействовало!), пожала плечами (всё в порядке же, в чём претензии?) и накинула на плечи свою ночнушку-пеньюар…

— …стало ещё хуже, знаешь ли. — Констатировала мизучи, забралась на кровать и руками помогла мне перевести взгляд на нечто более нейтральное. Лицо Сидзуки вполне подошло. — Мы завтр… обед там сготовили. Вставай уже, а то всё остынет.

При этом девочка, придерживая меня за плечи, осмотрела с обеих сторон шею, плечи, потом заглянула за спину… пробормотала что-то вроде «надеюсь, снизу у неё клыки не поднялись портить».

— Что?

— Просто вы долго не просыпались. Вот мы и решили проверить на всякий случай — мало ли кровососка не сумела вовремя остановиться?

— Брр! Она меня и не кусала!

— Ну… мало ли что могло случиться, знаешь ли… Крови она твоей давно не пила…

— Кровь? — Агеха изогнула бровь… и тут же передёрнулась, буквально позеленев лицом. — Фуу! Гадость! Не надо про кровь, аж тошнит!

— Оп-па… — Мы переглянулись с Богиней Рек и перевели встревоженный взгляд на мою младшую супругу. Ринко, которой в отличии от меня не досталось змеи, что помогает отводить взгляд в нужный момент, наконец «отвисла»: вид перекривившейся Агехи не нёс больше ни грамма эротики. Просто молодая женщина в полупрозрачной ночной рубашке. — И давно это с тобой?

— Где-то месяца четыре как, — пожала плечами хиноенма. — Стало сначала немного воротить, потом сильнее. Но плохо не становилось, так что я не беспокоилась… А что?

— В том-то и дело, что ничего, в том-то и дело. Знали бы мы хотя бы чего-нибудь… А вообще есть хочешь?

— Есть? Еду? А как же!

* * *

— Ммм! Вкусно!

— Я рада, что тебе понравилось… — Слегка заторможено отозвалась Богиня Рек. — Знаешь ли.

— Что за паста? — Я тоже с любопытством наблюдал, как Агеха ложками, явно смакуя, отправляет в рот… приправу.

— Соевая. Китайская, острая, с помидорами… Знаешь ли.