По грузовой аппарели на настил причального комплекса уже сходили люди — и их было много. Толпа человек в сорок, одетых разномастно, но все — во что-то традиционно-японское, на удивление споро и почти с армейской выучкой построилась под редкими фонарями совершенно пустой набережной речного грузового терминала. Последними со стороны пирса подтянулись явные командиры — трое из которых тут же отошли каждый к своему отряду, и один — тот отошёл в сторонку, оглядывая всю панораму целиком. Убедившись, что все смотрят только на него, он негромко прокашлялся и коротко оповестил:

— Я надеюсь, все помнят свои цели? Ещё раз предупреждаю: здесь не Оцу. Если кого порежете или совсем перестараетесь — пеняйте на себя. Я идиотов перед сатейгасира отмазывать не буду. И не заблудитесь, что ли…

Ответом оратору послужил негромкий смех, после чего три бригады, каждая ведомая своим командиром-кумигасира разошлись в разные стороны, негромко переговариваясь.

— Отлично. — Сам себе сказал главный и повернулся к полудесятку ожидающих его людей. — А мы с вами, кёдай, сейчас навестим местного кагикэй, а то вообще уже берега потеряли. За мной!

Малый отряд скорым шагом углубился в переплетение складских технических разъездов, погрузочных пандусов и редких железнодорожных путей…

Горный склон — несколько км от южной границы Такамии

— Ну что там, что? — Демон, чья одноглазая «звероформа» была мелкой, до ужаса визгливой и противной, вытягивал шею и разве что не приплясывал на ветке.

— Ничего такого… город как город.

— Да я не про город, началось или нет?!

Выглядящий человеком аякаси с биноклем скривился и искоса глянул на «проводника»: толку с него… «Маленького зелёного человечка» очень хотелось придушить. Про таких в Минато но Дзию частенько говорят: «съел — услугу оказал».

— Ещё не время, люди вакагасира из Оцу только должны были высадиться…

— Да плевать на этих людишек! Что они нам — зачем ждать, а?! Давай-ка прямо сейчас быстреньк… ай!!

Бах! Плоская башка «проводника» с треском встретилась с корнем дерева.

— Не «людишки», а братья наши, гокудо. — Наставительно прогудел дух, пытливо всматриваясь в результат своей затрещины. «Проводник» не убился (как тайно на то надеялся наблюдатель) и сейчас тёр свою глазастую башку… молча, правда.

— Взят провожатым был ты, исполняй работу свою. Напраслину возводя на других, и на своих возводишь её. — Наставительно закончил дух фонаря, и сменил форму — спать дальше. Обычный бумажный «фестивальный» фонарь… на ёлке. Не, ну а чо такого-то?

— Меня другое беспокоит, честно говоря. — Наблюдатель тоже покосился вниз, потом на демона предмета. — Где, собственно, все?

— Ауры свернули… не ощущаются с расстояния такого. — Донеслось от бумажного светильника. — И потом, что-то иногда ощущаю я…

«Что-то» действительно ощущалось — время от времени, буквально на доли секунды появлялся след ауры средней силы демона… и тут же пропадал. Причём, пока был день — ничего «такого» не было. — Их должно быть несколько десятков, если верить слухам — это как минимум. — Возразил опять поднявший свой оптический прибор мужчина. — У них же там сейчас не боевая операция, чтобы все дружно держали свёртку на пределе возможного. Должен быть хоть какой-то фон.