Никто также не принимал во внимание то, что пожилой, неряшливый и непривлекательный садовник никак не мог стать соперником красавца врача. Одна из жительниц — пухлая матрона с хорошо подвешенным языком — уверяла, что видела, как вторая миссис Латимер бродила по саду в обществе садовника вскоре после прибытия, — об этом она сообщила Ксантии Морган, примеряя шляпки. Хотя Ксантия не питала особой любви к Элайне, она поспешила заверить клиентку, что доктор Латимер даже из ревности не способен убить человека. Кроме того, добавила Ксантия, ей доподлинно известно, что брак Латимеров — всего-навсего сделка: сердобольный врач взял в свой дом эту молодую женщину из чувства сострадания, приютил ее, как и малышку Минди.
Матрона с тройным подбородком высоко подняла выщипанные в ниточку брови и снисходительно окинула взглядом хозяйку лавки:
— Милочка, вы, должно быть, давно не видели миссис Латимер. — Она тут же умолкла, наотрез отказавшись удовлетворить любопытство Ксантии, хотя ее так и подмывало сообщить заносчивой модистке о том, что Элайна Латимер ждет ребенка.
После полудня, выглянув в окно лавки, Ксантия увидела проезжающий мимо большой черный экипаж. Эту карету она узнала бы из тысячи, как и рослого, широкоплечего человека, управлявшего лошадьми. Итак, Коул Латимер прибыл в город и, может быть, он навестит ее еще раз!
Экипаж остановился у конторы мистера Джеймса, и Ксантия принялась жадно разглядывать вышедшего из него джентльмена. А он неплохо выглядит, с улыбкой подумала она. Уже через несколько секунд ей стало ясно, что так удивило ее: Коул был без трости и почти не хромал.
Обернувшись к экипажу, Коул протянул руку и бережно помог жене сойти на землю. Увидев Элайну, Ксантия мгновенно догадалась о том, что имела в виду дородная матрона. Хотя миссис Латимер старательно куталась в кружевную шаль, скрыть скорое прибавление в семействе Коула было уже невозможно.
Следом за Элайной из экипажа вышла Кэролайн Дарви, и некоторое время все трое стояли на тротуаре, о чем-то оживленно переговариваясь. Затем Коул вынул из кармана часы, взглянул на них, кивнул Кэролайн и, выслушав ответ, пожал плечами. Мисс Дарви ушла, а Ксантия с грустью наблюдала, как Коул целует молодую жену, совсем не беспокоясь о том, что их могут увидеть. Лишь когда Элайна, отстранившись, шаловливо помахала ему рукой и последовала за Кэролайн, он повернулся и вошел в контору поверенного.
Через час Элайна и Кэролайн Дарви появились в лавке Ксантии. Хозяйка сухо улыбнулась в знак приветствия, стараясь не опускать взгляд ниже накрахмаленного воротничка голубого платья Элайны. Ей не составило труда догадаться, что это платье стоит очень дорого, а шляпки, похожей на ту, что украшала голову ее гостьи, пожалуй, не нашлось бы во всем городе. Усилием воли подавив охватившую ее ревность, Ксантия обратилась к посетительницам как можно приветливее:
— Чем могу вам помочь, уважаемые дамы?
— Я хотела показать миссис Латимер ваши восхитительные детские шляпки и чепчики, — оживленно откликнулась Кэролайн, даже не подозревая, сколь неудачной была идея привести сюда Элайну. — Надеюсь, у вас они еще остались?
— Разумеется. — Ксантия сняла с комода корзину крохотных, словно игрушечных, шляпок с кружевами и перьями.
— Вот шляпа для мальчика, Элайна. — Кэролайн вынула одно из изделий Ксантии, чтобы продемонстрировать его своей спутнице. — Вы только посмотрите, какая прелесть!
— Но Коул надеется, что у нас будет дочь, — пробормотала Элайна, больше всего желая поскорее исчезнуть из лавки.
Обнаружив, что Элайна не проявляет никакого интереса к детским вещам, Кэролайн была откровенно разочарована. Выходя из лавки, она не удержалась и спросила:
— Надеюсь, вы хорошо себя чувствуете?
— Ну разумеется. |