— Я ничего не предлагаю, майор. Я недостаточно умен, чтобы вносить предложения. Я лишь слепой солдат, которого только что оторвали от черного дула винтовки, — Свинерд разразился приступом сиплого хохота, а потом плотно закутался в шерстяную шинель, натянув ее на тощую грудь, и нетвердой походкой направился обратно в кресло.

— Для меня имеет значение, — продолжал Свинерд, усевшись, — лишь готов ли Легион к сражению и знает ли он, за что дерется. Ваши солдаты это знают, Бёрд?

— Уверен, что да.

— Я говорите так, будто не уверены, Бёрд. Совсем не уверены.

Свинерд замолчал, чтобы глотнуть виски.

— Солдаты — народ простой, — продолжал он.

— Нет ничего сложного в солдате, Бёрд. Направьте его куда надо, пните под зад и велите убивать, вот всё, что нужно солдату, Бёрд! Солдаты — это же просто белые ниггеры, вот что я вам скажу, но даже ниггеры работает лучше, если знают, ради чего они это делают. И вот почему сегодня вечером вы раздадите своим людям эти буклеты. Хочу, чтобы они знали, как благородно их дело, — Свинерд попытался поднять на стол деревянный ящик с памфлетами, но был побежден его весом, и потому просто пнул коробку в сторону Бёрда.

Бёрд нагнулся над одним из буклетов и прочел титульную страницу вслух:

— Джон Дэниелс, «Вопрос о ниггерах», — в тоне Бёрда чувствовалась неприязнь к злобной позиции Дэниелса.

— Вы и правда хотите, чтобы я раздал это солдатам?

— Должны! — объявил Свинерд.

— Джонни — мой кузен, видите ли, и он продал эти памфлеты генералу Фалконеру именно для того, чтобы его прочли солдаты.

— Как щедро со стороны моего зятя, — язвительно произнес Бёрд.

— И какими полезными окажутся эти памфлеты! — впервые с тех пор, как пересек порог палатки, нарушил молчание Старбак.

Свинерд подозрительно уставился на него.

— Полезными? — спросил он с угрозой в голосе после длительной паузы.

— В такую сырость ужасно трудно развести костер, — заявил Старбак любезным тоном.

Щека Свинерда задергалась. Он долго молчал, играясь с ножом на костяной ручке и уставившись на юношу.

— Дэниелс — ваш кузен? — внезапно нарушил молчание Бёрд.

— Да, — Свинерд отвел взгляд от Старбака и положил нож на стол.

— И ваш кузен, полагаю, — медленно произнес Бёрд, которого вдруг озарило, — написал статью с предложением повысить Вашингтона Фалконера?

— И что с того? — огрызнулся Свинерд.

— Ничего, ничего, — ответил Бёрд, хотя с трудом скрывал свою радость, сообразив, какую цену пришлось заплатить его зятю за поддержку Дэниелса.

— Вы находите в этом что-то смешное? — злобно накинулся на него Свинерд. Бёрд вздохнул.

— Полковник, — сказал он, — сегодня нам пришлось пройти долгий путь, и у меня нет ни сил, ни желания стоять здесь и рассказывать о причинах моего веселья. Вам что-нибудь еще от меня нужно? Или мы с капитаном Старбаком можем отправиться спать?

На несколько секунд Свинерд уставился на Бёрда, а потом махнул своей искалеченной левой рукой в сторону входа в палатку.

— Идите, майор. Пришлите человека за памфлетами. А вы останетесь здесь, — эти слова предназначались Старбаку.

Но Бёрд не сдвинулся с места.

— Если у вас есть дело к одному из моих офицеров, полковник, — сказал он Свинерду, — то у вас есть дело и ко мне. Я остаюсь.

Свинерд пожал плечами, словно сообщая, что ему плевать, останется ли Бёрд, а потом снова посмотрел на Старбака.