– С вами все в порядке? – спросила Мэдди.

Она еще и проницательная. И скорее всего ничего не боится, в том числе и летать.

– Я… – «Напугана до дрожи в коленках». – В порядке. Все прекрасно, правда.

– Боитесь летать, да?

Дэни со вздохом сдалась:

– Жутко боюсь.

Мэдди сочувственно улыбнулась, и тут завибрировал висевший у нее на бедре телефон. Она посмотрела вниз и, призывая Дэни к молчанию поднятым пальцем, нажала кнопку соединения.

– «Скай-Хай эйр». Чем могу помочь вам? – Она перевела взгляд на выходившее на предангарную площадку окно, и Дэни посмотрела туда же.

Шейн разговаривал с высоким привлекательным мужчиной, вероятно, о самолете, у которого они оба стояли.

Мэдди покачала головой.

– Мне жаль, Мишель. Шейн должен сейчас лететь с другим клиентом, но Ной свободен. Мы доставим вас куда нужно. Да, я передам Шейну, что вы звонили. – Она отключилась. – Или не передам. – Заметив взгляд Дэни, Мэдди мрачно усмехнулась. – Не волнуйтесь. Я лгу только тем, кто достает моих боссов. Ладно, о чем мы? О да. Ваш страх перед полетом. Если хотите, у меня есть лекарство против этого.

– Правда?

– Разумеется. – Она провела Дэни через приемную в маленькую комнату отдыха с баром, столь же изысканно и элегантно обставленную, как и все помещение. Большой телевизор с плоским экраном демонстрировал баскетбольный матч. Мэдди прошла за стойку бара и достала графин и два небольших стакана. – Вам, может быть, станет легче, если я заверю вас, что Шейн – превосходный пилот.

– Он превосходный во многих отношениях, – пробормотала Дэни.

– Да, это так. «Скай-Хай» поднялся и процветает во многом благодаря его влиянию на инвесторов. Вы ведь видели его. Он может заставить раскошелиться любого скрягу.

Или может заставить снять трусики женщину, которая не хочет заниматься «только сексом».

– Он не такой уж беззаботный и ленивый, каким кажется, верно?

– В точку. – Мэдди улыбнулась. – Своим видом он многих вводит в заблуждение. Я рада, что вам удалось заглянуть под маску этакого симпатяги, рубахи-парня, которую он надевает в целях самосохранения.

– От чего?

– От страданий, конечно!

Конечно. Только… только это она нуждалась в самосохранении. Ему-то это зачем? Ведь его сердце оставалось безучастным.

Или ей просто хотелось убедить себя в этом.

– Садитесь, – сказала Мэдди и пододвинула одну стопку в направлении Дэни.

– Как здесь хорошо! – Дэни медленно повернулась на табурете, разглядывая обстановку. – Дорого, но в то же время уютно.

– Спасибо.

– Это вы? – удивилась Дэни.

– У меня всегда было подспудное желание заняться интерьерным дизайном. Парни позволили мне сделать здесь все по-своему, иначе мы сидели бы на больших круглых подушках. Одинарную или двойную порцию? – Она подняла графин. – Должно помочь, когда подниметесь в воздух.

– Двойную.

Мэдди улыбнулась и разлила напиток.

– Можно задать вопрос?

Дэни сделала глоток, закашлялась, потом сделала еще глоток, ощутив, как тепло разлилось по гортани.

– Спрашивайте.

– У вас из-за полета или из-за Шейна такое замкнутое лицо?

– Из-за полета, – ответила Дэни, одним глотком приканчивая содержимое стакана. – Нет. Из-за Шейна… из-за полета… Господи. – Она закрыла глаза, а Мэдди засмеялась.