— Папа? — изумленно проговорил „привратник“. — Ты жив? А мы тебя хоронить намылились.

— Когда? — вместо приветствия спросил Сергей Борисович, проходя во двор.

Я шагнул следом, спрятав пистолет за спину. Так делал герой одного из виденных мной боевиков.

— Послезавтра. Вместе с Тенью. Его-то даже в гроб упаковать смогли.

— Поторопились, — спокойно ответил, мафиозо, глядя в сторону дома. — Девчонка здесь?

— Какая девчонка? — изумился „привратник“, но изумление его было деланным. Я в этом немного разбираюсь. Хотя сыграл он на удивление талантливо, — О чём ты, папа?

— Хорош грузить, Ляпа, — сказал Сергей Борисович, по-прежнему глядя на окна первого этажа.

Я тоже посмотрел в сторону дома. 8 окне первого этажа маячили несколько фигур. Две — прямо у стекла, трое или четверо — в глубине комнаты. Они о чем-то переговаривались и даже вроде бы жестикулировали. Хотя за последнее не ручаюсь. У дверей еще двое парней, рядом с которыми огромный лохматый пес. Овчарка сидела, вывалив язык, и недобро поглядывала в нашу сторону. На середине дорожки четвертый охранник. Он тоже наблюдал за нами. Очевидно, Сергея Борисовича здесь знали и поэтому оружие открыто не держали, однако я не сомневался: малейший подозрительный жест — и „пушки“ мгновенно окажутся у них в руках,

— Девчонка здесь, спрашиваю? — Сергей Борисович уставился „привратнику“ в глаза, хмыкнул удовлетворенно. — Здесь. Где она? Наверху, внизу? Где?

— Папа, ты знаешь, ~- посерьезнел „привратник“, — я, в натуре, дальше кухни и гостиной не хожу. Знаю, что здесь, но сам не видел, б… буду.

— Тимоха в доме?

— В доме, — ответил колосс и двинул в мою сторону могучей челюстью. — А это кто?

— Мой друг, — сказал Сергей Борисович и тоже посмотрел на меня.

— Папа, я, конечно, тебе доверяю, но ты знаешь правила. — Видно было, что „привратник“ ощущает себя несколько неловко. — Придется обыскать тебя и твоего кореша. Никаких волын, ты знаешь.

— Я знаю, — подтвердил серьезно Сергей Борисович и кивнул в мою сторону. — Его можешь шмонать, а я не фраер и не сявка.

— Папа, правила…

— Клал я на ваши правила, — спокойно отвернулся мафиозо. — Ты не мент, я не в стойле. Всё. Будешь моего корефана шмонать — шмонай быстрее. Нет — мы пошли в дом.

„Привратник“ подумал, вздохнул, сказал мне примирительно:

— Брат, подними руки.

Я невольно посмотрел на Сергея Борисыча. Он же насмешливо смотрел на меня, хотя и не выпускал из виду тех, что стояли на дорожке.

— Подними руки, брат, — миролюбиво повторил „привратник“ и шагнул ближе.

Спина у меня покрылась холодным потом. Я поплотнее сжал в руке пистолет. Сергей Борисович покачал головой, подошел ко мне, ваял пистолет и со словами: „Это делается вот так“, — всадил пулю „привратнику“ между глаз. Я увидел, как вместо головы колосса возникло розовое влажное облако. Брызги попали мне на лицо. Волосы охранника на мгновение взметнулись, образовав подобие темного ореола. „Привратник“ механически шагнул назад, затем колени его подломились, и он завалился спиной на дорожку. Сергей Борисович бросил пистолет и рванул из-под плаща „Калашников“, поворачиваясь лицом к охранникам.

Длинная очередь разорвала тихий вечер.